Последняя бригада

Сен-Тьерри, по всем правилам дивизии, наступал под защитой бронетехники. Это было смешно, но, кажется, удалось. Удалось… Немцы отступили к виноградникам, и половина эскадрона бегом их преследовала.

Лицо старого капитана начало проясняться. Он вытащил изо рта трубку и выбил ее о ствол дерева, хотя она уже давно была пуста. Потом быстро вырвал листок из блокнота и написал на нем несколько слов.

— Немедленно отнесите это лейтенанту Луану, — крикнул он сопровождавшему его связному.

На листке было написано: «Контратакуйте любой ценой. Декрест».

Едва отъехал связной, как противник открыл бешеный артиллерийский огонь. Несомненно, переоценив силы французов, немецкие наводчики били в глубину. На лице капитана отразились тревога и боль: эскадрон не устоял.

— Капитан, ложитесь! — крикнул шофер Декреста.

Вокруг них рвались снаряды, от дерева откололась ветка. Декрест только пожал плечами и даже не пригнулся. Да пусть его хоть разорвут все эти снаряды! Легче умереть самому, чем видеть, как гибнут его люди. В этот момент в нескольких шагах от них на дороге остановился маленький грузовичок. За рулем сидел лейтенант Флатте, ведавший боеприпасами. Он был в ярости и морщил щеку, чтобы не потерять монокль.

—   У меня тут двадцать ящиков гранат. Они что, хотят, чтобы я вокруг них прыгал? Где эти ваши архаровцы, господин капитан? Я их уже четверть часа ищу!

—   Глядите-ка, как у них тут весело! Они меня просто взяли за горло! — воскликнул Декрест, махнув рукой в сторону равнины.

И Флатте укатил под обстрелом, подскакивая на ухабах.

С утра Флатте уже успел развезти боеприпасы по самым опасным участкам. Никто не отдавал ему приказов, и он ездил сам, потому что другого занятия у него не было. Он появлялся везде и начинал ругаться на чем свет стоит: его обуревала жажда командовать.

Капитан увидел, как он подъехал и сгрузил ящики со снарядами как раз тогда, когда начался огонь.

Три бригады держались, но единый строй рассыпался. Они продвигались вперед скачками: впереди оказывался то левый фланг, то центр, а фланги его догоняли. Было хорошо видно, как падали солдаты и больше не поднимались. Броневик-авантюрист теперь был в арьергарде.

Капитан только не мог понять, где Сен-Тьерри.

Час назад, излагая свой план и собрав людей, Сен-Тьерри походил на человека, который по меньшей мере собирается осадить крепость. Теперь же, согнутый, со сморщенным лицом, он напоминал того, кто никак не может открыть заржавевший замок. Он пытался найти хоть какую-то щель, хоть какой-то лаз в стене поднятой в воздух земли. Время от времени он говорил себе, упорно считая себя полковником: «Если бы у меня было втрое больше людей и орудие калибра семьдесят пять…» Но видно было, что его активность угасает прямо на глазах.