Последнее лето ярла Ульфа

И не стрелять никому, пока я не скажу! – рявкнула она, увидев, что некоторые подняли луки, целясь во вражеский строй.

– Делай, как Зарра говорит! – поддержал ее авторитетный бас Кольгрима. – Она знает! Ее слушай!

– Гудрун! Готовьте кипяток! – крикнула она, поглядела на ворота и сообразила: хорошо бы их изнутри подпереть. Но это потом. Сейчас без надобности. Тарана у нападающих нет. Нахрапом решили взять. Ну-ну.

Вражеский строй приближался. Казалось, их совсем немного. Но это потому, что сбились плотно. За щитами прячутся. Эх, сейчас бы на стену кого-нибудь вроде Свартхёвди или Стюрмира. Стрелу-то щит остановит, а вот копье – вряд ли. Заря покосилась на соседей. Нет, на этих надежда слабая. Даже здоровенный, хоть и седой Укси на такое вряд ли способен. Это ведь не бревно подальше закинуть. Правильно копье метнуть – воинский талант нужен.

Понять бы еще, как они без лестниц на саженные стены полезут? Нет, забраться можно. На чужие плечи встать, например. Или секирку с ремнем на частокол закинуть. Или с разбега толкнувшись копьем…

Кстати о копьях. Когда они в двадцати шагах будут, наверняка копьями швыряться начнут. Вот тогда их и бить.

– Все приготовились! – крикнула она. – Сейчас они подойдут ближе и метнут копья! Стрелки! Как строй нарушится, я крикну «бей!» – и сразу бить. И не мешкать! Послали стрелу – и присели, чтоб копье не словить! Потом разом, по моей команде, встали и бьем на выбор!

Крикнула и поняла, что эту команду тоже надо было раньше дать. Враги ведь тоже не глухие. И еще на подворье:

– Гудрун! Как я крикну «бей», укройтесь кто за чем. От копья случайного.

– Мы слышали, сестра! О нас не думай!

Вражеский хирд приближался. Очень аккуратно. Первый ряд вообще на полусогнутых. А шеренг у них, похоже, не две, а три…

Насчет двадцати шагов она ошиблась. Они продержали строй почти до десяти. И щиты держали рыбьей чешуей. Ни щелочки.

– Кипяток наверх! – крикнула Заря.

Если подойдут вплотную…

Строй распался неожиданно. Так что она только и успела выкрикнуть: «Бей!», послать одну-единственную стрелу и присесть, пропуская над головой копья. Вернее, только одно копье. Еще одно ударило в частокол с такой силой, что бревно, за которым Заря пряталась, аж загудело.

На забороле кто-то завопил от боли.

Снаружи ему яростно ответили полсотни глоток.

Заря выпрямилась… и еще одно копье разминулось с ней на какую-то пядь.

Но прятаться было нельзя.

Вражеские нурманы уже подбегали к частоколу. Одни, присев, прижимались к дереву, прикрывшись наклоненным щитом, другие ловко вспрыгивали им на плечи, и первые, рывком выпрямив колени, подбрасывали верхних на стену.