После заката

И с погашенным фонариком.

Кого же он успел разглядеть там, слева, — мельком, на грани восприятия? Темный бесформенный силуэт показался отдаленно похожим на человеческую фигуру…

Гораздо больше он напоминал…

Да, да, персонажа ночного кошмара — черный и зловонный призрак умершего Викентия…

Но сейчас-то он, Кирилл, не в кошмаре! Ноги не приросли к земле, и глотку не сдавила петля дикого ужаса… Или… Тогда ему тоже казалось, что он может ходить по дому, может говорить, пока…

Он сделал пару шажков вперед — для проверки. И осторожно, негромко крикнул: «Эй!» — словно опасался, что из темноты кто-то отзовется…

Не отозвался никто. Но голос и ноги в порядке, и это радует… Так кто же (или что же) там, в темноте?

Кирилл перебирал и отбрасывал варианты. Какая-нибудь прошлогодняя копна? Да нет, силуэт явно выше и у́же… Куст? Едва ли, сплетение ветвей и листьев не может выглядеть столь единым и сплошным…

Самый простой выход: пройти мимо, не оборачиваясь, — Кирилла не устраивал. Хватит оставлять за спиной непонятное…

Но и подойти, осветить фонариком… Нет уж, не в этой жизни.

Чертова молния! До чего ж не вовремя она случилась, шел бы себе в темноте и горя не знал…

И тут Перун, или Илья-пророк, или кто-то еще, командовавший небесным электричеством, осознал оплошку и поспешил реабилитироваться: после долгой паузы полыхнула молния, полыхнула на полнеба, а грохот… Кирилл даже присел от неожиданности.

Не куст… И не копна… Очень похоже на человека, но вот ноги…

Потом Кирилл рассмеялся, — громко, не скрываясь. И решительно пошагал в сторону черного силуэта. Можно бы и сразу догадаться… Однако же не догадался — урожай поспеет не скоро, и трудно ожидать в июне встречи с пугалом. Наверное, так и простояло в поле с прошлого года…

Не стоило тратить драгоценное время на осмотр сей пародии на человека. Но Кирилл все же решил потерять пару минут. Для некоего самоутверждения. Для закрепления хоть маленькой, но победы над собственным страхом…

Пугало вполне стоило потраченного времени. Конструкция примитивнейшая, без изысков: на две крестообразно сколоченных палки напялен головной убор, да кое-как натянута старая одежда. Надо быть очень глупой птицей, чтобы принять за человека. Или очень напуганным любителем военной истории. Вороны, например, уже к вечеру первого дня издевательски усаживаются на «головы» таких бездарных манекенов.

Но головной убор и одежда своей оригинальностью с лихвой искупали все мелкие недостатки дизайна. Венчала крестовину немецкая каска образца 1935 года — для Загривья, надо понимать, вполне заурядный факт, здесь этого добра хватает.

Из земли обычно выкапывают саму железную основу, чья степень коррозии зависит от свойств грунта, скрывавшего находку.