После тебя только пепел

Я честно отговаривал себя, убеждал, что не должен к тебе приближаться, но…

– Да, – невесело хмыкает он. – И почти сразу я догадался, почему. Алена, я не врал тебе, когда говорил, что хочу помочь. Знаю, что мои методы…

– Непростые, – подсказываю я.

– Пусть будет так, но ты сравни, какой была в конце лета и какая сейчас. Прошел всего лишь месяц. Я не пытаюсь переделать тебя, добавляя новые детали, лишь хочу вытащить наружу и показать, в первую очередь тебе, твои же способности и силу. Знаешь, что практически все великие люди прошли в своей жизни такую жопу, которая многим и в кошмарах не приснится? И именно поэтому они и стали великими. Они боролись. С собой, с миром, неважно. Они не сдались. Сделали выбор и фигачили изо всех сил. Наивысшая степень развития достигается в критических ситуациях. Это самый надежный способ, пусть и жесткий.

– Ну, на жесткость ты не скупишься, – усмехаюсь я, потирая пальцами напряженный лоб. – И все равно твой рассказ не слишком хорошо объясняет причины и мотивы.

– Других объяснений у меня нет.

– Какая же критическая ситуация изменила тебя?

Мнац поворачивается лицом к реке и прикуривает еще одну сигарету. Он не грустный и не веселый. Отстраненный. Далекий. Ответа нет, и похоже, не будет. Может, еще не время?

Проводим в молчании пару минут, за которые я успеваю допить чай и рассмотреть Мнаца еще раз, но сейчас уже совсем под другим углом. Красивый и сильный парень, веселый, когда надо – серьезный, неудивительно, что его все любят, но какой же он сложный. Не знаю, изменилось бы что-то между нами, будь Мнац более земным, но отрицать того, что его методы действительно работают, нельзя. А еще я, кажется, понемногу к нему привыкаю. Он больше не вызывает во мне урагана неприятных ощущений, и я его не боюсь. Разве что совсем капельку.

– Я благодарна тебе, – произношу тихо, но уверенно. – И я рада, что мы с тобой познакомились и что ты не прошел мимо. Мне на самом деле нужна помощь, и если бы не твои выкрутасы, то… В общем, я принимаю твою безбашенность за помощь. Спасибо.

– Смотри не влюбись, Алена, – ласково говорит он, выбрасывая в урну очередную сигарету. – Судя по твоим словам, осталось недолго.

Недовольно цокаю языком. Невыносимый!

– Знаешь что?! – громко заявляю я. – Ты больше не получишь моей реакции на подобного рода шутки.

– А как же я тогда буду веселиться? – с детским разочарованием спрашивает Мнац. – Не, не, не. Так не пойдет.

– Ты мне помогать должен, а не веселиться. Мы не в цирке и не в зоопарке!

– Я ничего тебе не должен, Алена, – хитро улыбается он, поворачивая голову. – Это ты мне должна, помнишь? Поэтому одна из твоих обязанностей, в качестве расплаты, – это мило краснеть и играть в рыбку, когда я говорю о любви или сексе. Меня это успокаивает.