После тебя только пепел

Знакомый, даже родной, но…

– Зачем ты приехал, Дань? За добавкой? Нос уже не болит?

– Вообще-то болит, и я здесь по другому поводу.

Моя очередь в ужасе распахивать глаза. Мнац достает из-за спины нереальный букет: роза, лилия, гербера, ромашка… и еще с десяток цветов, названия которых я не могу вспомнить. Только кактуса не хватает.

– Хочу извиниться, – говорит он, протягивая цветы. – Не знал, какие ты любишь. Решил взять все, что были.

– А если никакие не люблю?

– Есть план «б». – Мнац показывает вторую руку, окончательно лишая дара речи.

Банка маринованных огурцов, на крышке завязан красный атласный бант. Жар бьет по лицу, а чувства рвутся наружу. Это нечестно. Мнац впихивает мне в руки дары и кладет ладони на плечи:

– Ну что, рыбка? Извинения приняты?

– Я их так и не услышала… – произношу тихо, бросая все силы на удержание контроля.

– Прости меня, Ален. Ты злишься заслуженно, но… у нас есть шанс начать заново. Мы оба свободны, встретились случайно. Это не иначе, как…

– Если ты скажешь, что это судьба, то я отправлю тебя в психушку. Ты же не веришь в нее.

– Верно. Это не судьба. Это мы. Мы сами, понимаешь?

– Мы подсознательно друг друга притянули. Не осознавали, но искали и ждали подходящего момента. И это он. Когда все уже позади, когда нет проблем. Я не хочу упускать шанс. А ты?

Молчу несколько секунд. Мысли скачут из стороны в сторону, и никак не получается поймать решение. То, что было между нами, все еще живо и снова набирается силы. Маленький спрятанный огонь пылает все ярче.

Заново? Звучит заманчиво. Жгучее желание греет сердце. Мнац бы сказал, что потухшие нейронные связи вновь зажглись и наполняют организм гормонами, что отвечают за привязанность. Только есть ли в этом смысл? Есть ли смысл быть с таким, как он? Мне это нужно? Еще один урок, оставленный Мнацем, – парни с тараканами в голове и душевными травмами вариант для спасательниц-мазохисток. И я не такая.

– Как твоя биполярка? – спрашиваю я.

– Хочешь знать, был ли я у психолога после всего?..

– Был. Все в порядке. Я больше не стремлюсь изменить мир.

– И тебе можно верить?

– Хочешь, притащу на первое свидание полиграф? Это даже заводит… – ухмыляется он.

Крепче прижимаю к груди букет и банку с огурцами. Все больше воспоминаний проходятся дрожью по коже. Когда мы были вместе, когда были влюблены… Что он творит? Нет, нет. Нужно держаться.

– Для тебя… – Мнац тянется к моему лицу, – все что угодно.

Сердце отсчитывает секунды до катастрофы, но помощь поспевает вовремя. Софа настойчиво дергает меня за край пуховика и кричит:

– Мы будем лепить снеговика или нет?!

– Конечно, солнышко, – отвечаю я, стряхивая с плеч руки Мнаца. – Дядя уже уходит.