После развода. Красное и черное

Марсианский пейзаж этот, машина неслась по каким-то кочкам и строительному мусору. Потом они опять свернули оттуда в переулки, петляли некоторое время и неожиданно выехали к реке.

Там был мост, район какой-то промышленный. Может быть, Влада и узнала бы место, если бы подъехали сверху, а так… Марианна загнала машину под мост и бросила:

Как только Влада вышла, протянула руку:

- Телефон! И разблокируй!

Их у Влады было два, один старый, его она использовала как читалку и там еще были контакты, другой новый, на нем стояли все банковские приложения. Можно было схитрить, но она каким-то шестым чувством поняла, что сейчас пытаться схитрить не стоит. Влада отдала ей новый телефон, перед этим разблокировав.

Та мельком просмотрела иконки на экране, а потом размахнулась, выбросила телефон в реку и повернулась к ней.

- Ну?! И что мне с тобой делать? А?!

Пара шагов туда-обратно, и снова резко развернулась лицом.

Вот сейчас было страшно.

Потому что выглядела Марианна откровенно жутко. Дикий взгляд, дерганые движения, ствол, выглядывавший из-под спущенного рукава… И все же за внешними проявлениями агрессии в ней ощущался какой-то страшный внутренний надлом. Влада почувствовала это интуитивно.

И попыталась, как с ребенком.

- Марьян, ты же хотела поговорить со мной, помнишь? - начала она, осторожно выставив перед собой ладони. - О чем ты хотела поговорить? У тебя случилось что-то? Может быть, я смогу помочь? Ты только скажи, я…

- Заткнись! - рявкнула та, потом отвернула вбок голову и бросила в сердцах: - Дура! Какая же ты непроходимая дура, сестренка.

- Что? - беззвучно ахнула Влада. - Сестренка?

Марианна взглянула на нее, губы презрительно исказились.

И тут же шагнула в сторону, резко дергая рукой.

- Конечно! Ты же не знаешь ничего. Дура блаженная!

Все это так некстати пролетело в голове. Вечно у нее какие-то дурацкие левые мысли.

А момент-то неподходящий, совсем не о том думать надо. Совсем не о том…

Потому что Марианна внезапно подалась к ней, глаза загорелись злостью.

- Хорошо тебе было, любимая доченька, да? А меня мать, семи не было, как сдала в интернат! Думаешь, мне там было сладко, пока ты конфетки жрала?! С тобой нянчились, в красивые платьица наряжали, а я!.. - она вдруг сбилась. - В обносках!

Влада слушала, чувствуя, что ее заливает холодным оцепенением. Могло быть все это правдой? Это же как живого инопланетянина встретить в модном торговом центре на распродаже - пятьдесят на пятьдесят, ни да ни нет, нельзя сказать однозначно.

Ей казалось, измена Егора была тем, что перевернуло ее мир. Нет, ее мир перевернулся сейчас. Узнать, что самое дорогое, надежное в твоей семье - ложь? Это рушило главное, выбивало почву из-под ног.

Нет-нет, думать об этом сейчас нельзя.

- Подожди, - проговорила она наконец.