После развода. Бывшая любимая жена

Да нет, я все понимал.

Я понимал, что ей нужен ребёнок.

Ей нужна её девочка маленькая, да, в конце концов, ну, это не такая проблема была для нас. Но вместе с тем сейчас я дать ей этого не мог. Однако мои планы пошли по одному месту, когда утром я проснулся от того, что жена уже прекрасно поняла, что я выспался, я бодр и силён духом.

И не я один.

И да, в этот момент ей опять было плевать на то, что я был не из душа, что у меня во рту кошки насрали, ей вот абсолютно было не до этого. И я, конечно, постарался вовремя вытащить. Но Устинья сцепила мне ноги на пояснице с такой силой, что могла переломить позвоночник. А я понимая, что что-то все равно попало, психанув, после стал быстро натягивать трусы.

— Вот скажи мне, пожалуйста, — хрипло произнёс я, — я все понимаю. Ну неужели ты не ни разу не задумывалась о том что вот если бы у нас не было вот этого давления от того, что в определённые дни обязательно нам нужно быть с тобой вместе, может быть, все само получилось.

— Ты о чем? — лежала Устинья, подложив подушку под поясницу."

"— Да я о том, что, когда я прихожу, у тебя танцы с бубнами начинаются. Прелюдия длинная, за время которой я успею перегореть, но когда тебе надо, тебе плевать абсолютно на все, даже на мои нечищенные зубы.

— Прекрати, мне всегда плевать на твои нечищенные зубы, — фыркнула она, закатывая глаза.

А я от этого ещё сильнее взбесился, и вечером была абсолютно такая же ситуация. А самое интересное, что мне в такие моменты не особо это и нужно было, плюсом ко всему я переживал, я стрессовал на фоне того, что если у нас получится зачать ребёнка, то это будет определённым гемором.

Мы не молодые, нам не двадцать лет, это в тогда было, без разницы, в каком состоянии произошло зачатие. Но слава Богу мне сорок с лишним.

— Знаешь что, — вечером, после всего, хрипло выдохнул я. — Вот когда мне нужно будет, я хочу, чтобы ты точно с таким же покорным видом все делала!

Устинья, перевела на меня недовольный взгляд и поджала губы.

— Не надо мне сейчас здесь вредничать. — Я выставил палец вперёд, желая показать, насколько я серьёзен. — Вот только попробуй ещё раз начать свои танцы с прелюдиями, Богом клянусь, это будет последний раз, когда такое произошло.

— Хватит на меня давить. — Всхлипнув, произнесла Устинья.

Я понял, что перегнул.

Но от того, что ощутил манипуляцию слезами, меня взбесило это ещё сильнее, я и извиниться хотел, и в этот же момент наорать, что не надо меня прогибать под себя, причём таким лоховским способом.

Да скажи ты все мне в лицо, скажи, пожалуйста. Почему я должен ходить и догадываться обо всем, но нет, до Устиньи было не донести этот факт.

И ведь когда я понял, что меня маленько отпустило, когда эрекция стала без потрескивания в паху, без какого-либо напряга, я приехал чуть раньше с работы, чем обычно.