Каждое лето после (ЛП)

И, я не знаю, но думаю, что она тоже пострадала, — его голубые глаза пристально смотрят на меня. — Она любила тебя. Ты была семьей.

Я крепко сжимаю губы и поднимаю лицо к небу.

Но тут Сэм снова заговаривает: — Кстати говоря, я тоже нет.

— Ты нет что? — спрашиваю я, глядя на него.

— Я не ненавижу тебя, — просто говорит он. Я не знала, как сильно мне нужно было услышать эти слова, пока они не слетели с его губ. Моя нижняя губа начинает дрожать, и я прикусываю её, концентрируясь на остроте своих зубов. Моё мужество испарилось. Я хрупкая, как сухая солома.

— Спасибо, — говорю я, когда уверена, что мой голос не сорвется. Сэм легонько толкает меня плечом.

— Продолжим? — он наклоняет голову в сторону плота. — Может быть, мы сможем вызвать ещё несколько веснушек на твоем носу.

Я выдыхаю нервный смешок. Он встает первым, затем протягивает руку, поднимая меня.

— Я бы заранее извинился, Перси, но я знаю, что не пожалею, — говорит он с ухмылкой, и прежде чем я успеваю спросить, что, черт возьми, он имеет в виду, он поднимает меня, как мешок с мукой, и бросает в воду.

Было легко убедить Сью позволить мне работать в Таверне. Но моих родителей нужно было больше убеждать. Они не понимали, почему я хочу проводить вечера в ресторане, когда финансы не являются проблемой. Я сказала им, что хочу сама зарабатывать деньги и, ошибка новичка, что хочу тусоваться с Сэмом. Учитывая, сколько времени мы уже провели вместе, они сочли эту информацию тревожной и, будучи хитрой парой докторов наук, воспользовались поездкой в Баррис-Бей в начале лета, чтобы организовать вмешательство.

Я должна была догадаться, что что-то случилось, когда папа вернулся с нашего перерыва в туалет, держа в руках двадцатую упаковку Timbits (редкое лакомство), покрытую шоколадной глазурью (моё любимое), а затем передал всю коробку мне, чтобы я подержала ее. (Красный флаг! Красный флаг!)

Мои родители так редко читали мне нотации, что получались они неловкими. Эта была классической:

Я сказала своим родителям, что Сэм был моим лучшим другом, что он понимал меня, как никто другой, и что он всегда будет в моей жизни, так что им лучше привыкнуть к этому. Я сказала, что наличие работы научит меня быть более ответственной. Я опустила часть о безответной влюбленности.

Работая в ресторане, я чувствовала себя частью хорошо поставленного танца, все исполнители работали вместе, чтобы выполнить почти безупречный номер, который выглядел намного проще, чем был на самом деле. Сью была отличным начальником. Она была прямолинейной, но не снисходительной или вспыльчивой. Она легко смеялась, знала по имени по крайней мере половину гостей и с легкостью управлялась с толпой.