Пошел вон, Чернов!

— Ты там уже кого-то купил? В какую сторону двигаться?

— Просто оформи, всё объясню потом.

А потом проходит день, два, три, и тишина…"

"Бомжа забирают, заселяя еще какого-то отмора, седого водят на допросы, бритого и то таскают. А меня нет. Тишина полная и вакуум. Я уже сам требую следователя, да хоть кого-нибудь.

Я просто сижу в полной изоляции.

Сплю урывками по двадцать минут. Мне снится Слава, ее губы, руки, шёпот. Мне снится, что она меня любит и всё у нас хорошо.

Просыпаюсь, утыкаюсь глазами в сырой потолок, и хочется выть. Я чувствую себя беспомощным овощем. Хуже всего, когда ты, такой охрененный, не можешь ни на что повлиять. Потому что довыеб*вался.

Почти неделю я в одной и той же уже вонючей, пропахшей сыростью одежде. Обросший, как чёрт. Жрать не могу. Тошнит. Кусок в горло не лезет. Особенно то, что подают в этом чудном заведении. Тело отчего-то ноет, мышцы тянет, в голове туман.

Бля, Бережнов, неужели всё так хреново?

И вот через неделю наконец-то приходят за мной.

— Чернов, на выход!

Я, бля, даже не знаю, что меня ждет по ту сторону камеры, но бодро вскакиваю с нар.

Глава 24

Руслан

— Что, плохо выгляжу? — ухмыляюсь я, садясь на стул рядом с железным столом.

— Ну, бывало и лучше, — вздыхает Бережнов, ставя на стол спортивную сумку.

— Хреновое обслуживание в этом отеле, — усмехаюсь.

— Блять, Рус, как ты, мать твою, в это дерьмо вляпался?

— Как-то так, — развожу руками. — Когда у мужика недостаточно крепкие яйца, он предпочитает устранять конкурентов так. А не по-мужски.

— Не знаю, как насчёт яиц Когана, но вообще не стоило с ним ими мериться. Он же мог тебя и грохнуть. Наслышан уже про его прошлое.

— Я ему дорогу не переходил. Просто хочу забрать свою женщину.

Наблюдаю, как Богдан вынимает из сумки несколько контейнеров с едой, открывает их и протягивает мне вилку.

Охренеть, нормальная еда! Желудок тут же сводит голодным спазмом.

— А может, женщина не хочет, чтобы её забирали? — прищуривается Бережнов.

— Хочет! — твёрдо заявляю я.

— Да ты кушай. Это тебе как раз от неё.

— Да?

Открываю контейнер, а там салат с креветками в тайском соусе. Да, это точно от моей Кошки. В другом контейнере рис с овощами и мясо. А в следующем блинчики с творогом и ягодами. Всё, что я любил в её исполнении. Моя Кошка все помнит.

— А ты говоришь, женщина не хочет, — ухмыляюсь, начиная есть.

И это божественно. Больше всего мы ценим простые вещи и страдаем, когда нас их лишают. Обалдеть, как вкусно.

— Ты видел её? Где она? Как она?

— Ты бы о своей судьбе сначала поинтересовался, — садится напротив Богдан.

— Я хочу знать, где Слава.

— Да нормально всё с ней, — отмахивается Богдан. — По крайней мере, визуально. Еду через Монро она передала. Большего не знаю.

— Ладно, — стискиваю челюсть.