Порог

Несколько раз Яну удавалось поймать радиостанции Рыжих, эфир словно взбесился, и по всем диапазонам шел треск и шорох. Но когда сквозь помехи пробивались голоса с чужим резковатым акцентом, они рассказывали о чудовищных разрушениях, о бомбах с кобальтовой оболочкой, о мирных городах, которые подверглись полному разрушению, о нарушении норм и обычаев ведения войны.

Впрочем, свои радиостанции рассказывали о незначительных потерях, о доблестных летчиках, сбивших большую часть вражеских бомбардировщиков, о патриотическом подъеме и о храбрых солдатах, которых на территории Рыжих встречают цветами мирные жители.

Ян не верил ни тем ни другим. По его мнению, оба государства, отбомбившись друг по другу большей частью ядерных зарядов, вели сейчас бои в радиоактивной прифронтовой полосе, стремясь прорваться в менее пострадавшие вражеские районы — и не особо обращая внимание на собственных мирных жителей. Гражданские могли спасаться и выживать сами, как получится. С точки зрения военной стратегии куда полезнее было захватить чужие заводы и склады продовольствия, чем спасать свои.

— Все-таки странно, что война началась так рано, — сказала Адиан на второй день. Они шли по склону, срезая пробивающуюся сквозь снег пожухлую, но еще вполне съедобную траву. Метрах в ста от них тем же самым занимались дети. Когда радиоактивные осадки все же выпадут, о подножном корме придется забыть.

— Мы же знали, что она будет, — сказал Ян.

— Конечно. Но в начале зимы воевать не начинают. Лед еще не лег на реках, снег не устоялся, южнее — вообще грязь и распутица. Иногда войны начинают в праздники, надеются, что враг расслабится. Но и до Смены Года еще далеко.

— Не знал, что ты такой военный эксперт, — усмехнулся Ян. Наклонился, срезая хороший пучок травы.

— Я просто эксперт, — ответила Адиан. — Не важно, в чем. Если есть задача, то надо изучить правила, вводные условия, прецеденты, и можно экстраполировать все на будущее. Я ждала войну либо к Смене Года, либо, скорее, к началу лета.

— И поддержала меня в том, чтобы переселиться в самое тяжелое время? — поразился Ян.

— Во-первых, стопроцентной вероятности у меня не было, а когда на кону смерть в атомном огне — лучше перестраховаться. Во-вторых, я решила проверить нас самих. Выдержим ли мы это испытание.

— Мы выдержали, — сказал Ян.

— Из-за этого. — Адиан кивнула на дымное облако на горизонте. — Иначе через неделю-другую, когда снег лег бы плотно, задумались бы о возвращении в город. На время. Переждать холода.

— Почти. Так что нам, прости за цинизм, повезло.

Она замолчала, глядя на горизонт. Пожала плечами.

— И все-таки странно… Ян, тебе не кажется, что ветер меняется?

Ян послюнил палец, поднял руку над головой. Да, слабый ветерок шел с долины вверх.