Когда он был порочным

Джанет потеряла своего единственного ребенка со смертью Джона. Как она отреагирует на известие о том, что отныне за Франческой будут ухаживать мужчины?

– Батюшки! - сказала Джанет, поднимая глаза на нее. - Да ты, похоже, будешь у нас «несравненной» этого сезона.

– Ну что за глупости, - сказала Франческа, краснея. Краснея? Боже правый! Да что же с ней такое происходит? Она никогда прежде не краснела. Она не краснела, даже когда только начала выходить в свет, в свой первый сезон, когда она и в самом деле заслужила титул «несравненной». - Для этого я слишком стара, - пролепетала она.

– Очевидно, нет, - заметила Джанет.

– И еще в прихожей остались цветы, - вставил Пристли. Джанет обернулась к Франческе:

– Ты уже просмотрела все карточки?

– Нет еще. Но полагаю…

– Что они все примерно одинаковы? Франческа кивнула.

– Тебе все это неприятно? - спросила она свекровь. Джанет печально улыбнулась, но глаза ее смотрели мудро и ласково.

– Ты имеешь в виду, хотелось бы мне, чтобы ты по-прежнему была замужем за моим сыном? Конечно, хотелось бы. А хочу лия, чтобы ты провела остаток жизни, будучи замужем за воспоминанием о нем? Конечно, нет. - Она взяла Франческу за руку. - Ты мне как дочь, Франческа. Я желаю тебе счастья.

– Я никогда не обесчещу памяти Джона, - уверила ее Франческа.

– Ну конечно, нет. Ты не из тех, кто способен на бесчестный поступок, иначе Джон на тебе бы никогда не женился. Или же, - добавила она с лукавой улыбкой, - я бы ему жениться не позволила.

– Мне бы хотелось детей, - сказала Франческа, чтобы Джанет уж точно поняла, что для нее главное - стать матерью, а быть женой не так уж важно.

Дж- анет кивнула и, отвернувшись, отерла кончиками пальцев слезы с глаз.

– Надо прочитать все остальные карточки, - и по ее бодрому тону Франческа поняла, что свекрови не хочется останавливаться на этой теме, - и подготовиться к лавине визитов, которая обрушится на нас после полудня.

Франческа последовала за свекровью, которая двинулась к огромной охапке тюльпанов и взяла карточку.

– Полагаю, с визитами будут в основном дамы, - заметила Франческа, - желающие порасспросить о Майкле.

– Может, ты и права, - отозвалась Джанет. И, держа карточку в руке, спросила: - Ты позволишь прочесть?

– Конечно.

Джанет пробежала глазами надпись на карточке, подняла глаза и сказала:

– Чешир. Франческа так и ахнула:

– То есть герцог Чешир?

– Он самый.

Франческа даже руку прижала к сердцу и прошептала:

– Ну надо же! Герцог Чешир!

– Ты, душенька, явно у нас самая завидная партия сезона.

– Но я…

– Что это, черт возьми, тут такое?

Это был Майкл, державший в руках вазу, которую едва не опрокинул. Выражение лица у него было в высшей степени раздраженное.

– Доброе утро, Майкл, - весело приветствовала племянника Джанет.