Когда он был порочным

Неясное раздражение, давно уже нараставшее в его груди, стало шириться и вскипать.

– За кого ты меня принимаешь, Франческа? - спросил он, деревенея всем телом от чего-то, что он и сам не мог толком назвать. Его приводило в бешенство, что она могла подумать о нем такое, просто в бешенство.

– Майкл…"

"– Ты действительно считаешь, что я настолько тупоумен, что могу нечаянно погубить репутацию молодой девицы?

Губы ее приоткрылись, потом слегка задрожали, и наконец она выговорила:

– Разумеется, я не считаю тебя тупоумным, Майкл. Но…

– Тогда безответственным? - резко спросил он.

– Нет, и не безответственным. Просто я думаю…

– Что, Франческа? - спросил он почти грубо. - Что именно ты думаешь обо мне?

– Я думаю, что ты самый замечательный человек из всех, кого я знаю, - негромко проговорила Франческа.

Черт! Вот Франческа, она всегда так - возьмет и одной фразой выбьет у человека почву из-под ног. Он не сводил с нее глаз, пытаясь сообразить, что же она хотела этим сказать.

– Я правда так думаю, - пояснила Франческа и передернула плечами. - Но кроме того, я думаю, что ты глупый, и думаю, что ты ветреный, и еще я думаю, что ты разобьешь этой весной больше сердец, чем у меня достанет сил сосчитать.

– Не твоя забота считать разбитые сердца, - проговорил он спокойно и твердо.

– Верно. - Она взглянула на него и криво усмехнулась. - Но ведь все равно дело кончится тем, что я засяду за подсчеты, не так ли?

– Это почему же?

Похоже, на это она не знала, что ответить, и тут, когда он совсем уверился, что она ничего не скажет, она прошептала:

– Потому что я не смогу удержаться.

Прошло несколько секунд. Они просто стояли рядом у стены. И внешне это выглядело так, будто они смотрят на толпы гостей. Наконец Франческа нарушила молчание:

– Тебе следует потанцевать.

– С тобой?

– Да. Один раз по крайней мере. Но ты должен потанцевать и с какой-нибудь невестой на выданье, с кем-нибудь, на ком ты можешь жениться.

На ком он может жениться! Это может быть кто угодно, кроме нее.

– Это будет сигнал - в свете сразу поймут, что ты подумываешь о браке, - добавила Франческа. И когда он ничего не ответил, спросила: - Ведь ты подумываешь о браке?

– О браке? -Да.

– Ну, если ты настаиваешь, - сказал он легкомысленно. Надо было оставаться учтивым кавалером - только так возможно было скрыть горечь, переполнявшую его душу.

– Вот Фелисити Федерингтон, - сказала Франческа, делая движение рукой в сторону очень хорошенькой юной леди, стоявшей метрах в десяти от них. - Прекрасная для тебя невеста. Очень здравомыслящая. Она не станет в тебя влюбляться.

Он посмотрел на нее сверху вниз насмешливо:

– Да, а то действительно как бы, Боже сохрани, мне не найти в браке любовь.

Губы Франчески приоткрылись, и глаза раскрылись широко-широко.