Семь порочных дней

Пэйн подумал, что, наверное, должен изо всех сил противиться пленяющему очарованию своей "сестрицы", но, посмотрев вокруг, увидел, что он в этой комнате не единственный мужчина, взволнованный пением Минервы.

Гилберт Фонтли был в совсем бедовом состоянии.

Не сводя глаз с мисс Хайвуд, он наклонился к виконту:

- Мистер Сэнд, как вы думаете, можно ли влюбиться всего за один день?

- Откуда мне знать? Я влюбляюсь по ночам. Впрочем, эти влюбленности обычно заканчиваются еще до завтрака.

Гилберт взглянул на него в изумлении:

- Но... Но я думал, что вы...

- У всех нас есть свои демоны, Гилберт. - Колин похлопал юношу по плечу и, подавшись ближе, произнес: - Разрешите дать вам совет: припадите к груди матери Церкви.

Минерва допела вторую балладу, и на этот раз раздалась настоящая буря аплодисментов, множество голосов стало упрашивать спеть снова. Но едва все присутствующие с одобрительными возгласами вскочили на ноги, мисс Хайвуд надела очки и направилась обратно к столу.

Виконт отодвинул свой стул, намереваясь встретить ее словами искренней похвалы, но тут путь Минерве преградил небритый здоровяк с пивной кружкой в руках. Он что-то сказал. Из-за стоящего в таверне шума Колин не расслышал слов, но ему это и не требовалось, чтобы понять, что происходит.

Этот мерзкий мужлан хотел его девушку!

А Минерва не желала иметь с ним дело. Когда это животное положило на ее руку свою немытую лапу, мисс Хайвуд попыталась отстраниться, споткнулась, и ее очки слегка перекосились на носу. Этой детали - крошечного доказательства причинения ей беспокойства - было достаточно, чтобы у Колина потемнело в глазах от гнева. Он мгновенно вскочил на ноги, жаждая крови.

- Сэр, отпустите меня! - Минерва попыталась вытянуть руку из мерзкой хватки здоровяка. Из его рта несло чесноком и элем, а тело воняло тем, о чем лучше вообще не говорить

- Ну, еще песенку, милашка. - Одной рукой грубиян держал свою пленницу за локоть, а другой облапил ее талию. - Сядь ко мне на коленки, спой для меня!

А потом он погладил грудь Минервы.

Она отшатнулась в отвращении, чувствуя себя грязной. Другие женщины, может, и знают, как избавиться от такого нежелательного внимания, но мисс Хайвуд об этом ничего не было известно - ведь такое с ней случилось впервые.

И тут она увидела Колина, прокладывающего к ней путь через набитую людьми комнату. Походка его была легкой и беспечной, но вблизи стали заметны заигравшие на его щеках желваки и холодная ярость в глазах.

Подойдя, он толкнул пьяного хама локтем:

- Извините, но это ваша рука касается моей сестры?

Здоровяк выпрямился и, подражая жеманному аристократическому произношению, ответил:

- Полагаю, это так и есть, сэр.

Колин хлопнул его по плечу:

- Что ж, тогда моя рука коснется тебя.