Семь порочных дней

Его работники кроют соломой крышу. Поможем им - и потом нам предоставят места в повозке.

- Нас довезут до самого Гретхема? Это было бы замечательно, но...

Минерва склонила голову набок.

- Я так понимаю, этот фермер не подозревает о том, что вы - виконт.

- Виконт? В таком наряде? - Улыбнувшись, Колин указал на свои давно нечищеные сапоги и запыленный, заляпанный грязью сюртук, чей цвет теперь лишь отдаленно напоминал первоначальный синий. - Ну нет! Разумеется, он счел нас за обычных путешественников.

- Но... - Как бы это сказать, чтобы не задеть гордость Пэйна? - Вы раньше крыли крыши соломой?

- Конечно, нет, - храбро заявил он, помогая спутнице перенести чемодан с Франсиной через перелаз в изгороди. - И для меня это отличная возможность.

Они пересекли поле хмеля, расчерченное аккуратными рядами кольев, по которым уже начали карабкаться дерзкие зеленые ростки. Вдали виднелся коттедж. Несколько мужчин взбирались на его крышу по лестницам, втаскивали наверх вязанки свежей золотистой соломы и укладывали их слоями. С такого расстояния люди казались муравьями, копошащимися вокруг блюда с желтым заварным кремом.

Колин стянул с шеи платок, завернул в него пистолет и сунул в карман сюртука. Сняв сюртук, виконт протянул его Минерве со словами: "Присмотрите за этим", - а затем присоединился к работающим мужчинам.

Его спутницу приставили к женскому делу: сортировать и стягивать в вязанки солому, выбрасываемую вилами из повозки. "Что ж, раз я смогла убедительно изобразить миссионерку и наемную убийцу, то уж с этим я должна справиться. В конце концов, я привыкла часами орудовать геологическим молотком", - подумала Минерва.

Час спустя спину начало ломить от боли, а обнаженные предплечья покрылись тысячами крошечных ссадин. Голову, казалось, распирало от густого сладкого запаха соломы. Работа не очень-то спорилась. Минерва успевала с ней справляться лишь благодаря терпению трудившихся вместе с ней женщин. Но она не собиралась сдаваться.

Выпрямившись на минуту, чтобы размять усталую поясницу, и приложив ладонь ко лбу, она поискала глазами Колина. Он был там, среди других работников, почти на самом верху крыши - бесстрашно стоял на стропилах. Без заминки, демонстрируя идеальное равновесие, виконт прошагал десять футов по узкой балке, чтобы взять очередную вязанку соломы. Разумеется, у него легко получилось приноровиться к этой работе - так же, как получалось всё и всегда.

Минерва понаблюдала за ним еще немного. Уложив солому толстым слоем, Пэйн пришпилил ее ореховыми прутьями, затем взмахнул зажатым в руке инструментом, напоминающим что-то среднее между скребницей и киянкой, и быстрыми, сильными ударами закрепил солому на крыше.