Порочный

Кончики пальцев зацепили край джинсовых штанов, ныряя ниже. Вильям вздрогнул, когда моя ладонь дотронулась до его каменной эрекции. Сжала горячий твёрдый член, мечтательно улыбаясь. Не терпелось ощутить внутри всю эту силу и мощь. Прекрасно знала, каким ненасытным он бывает…

– Хочу стать с тобой единым целым… – прошептала, робко заглядывая ему в глаза.

– Как скажешь, малышка… – ответил мужчина, расстегивая ширинку, скорее избавляясь от джинсов и боксеров, представ передо мной во всём великолепии своего атлетического тела.

Ладони легли на рельефную грудь, наслаждаясь каждым прикосновением. Блондин сильнее развёл мои ноги и, притягивая ближе к себе за коленки, скользнул внутрь.

– Ар-р-р-р… – переплелись наши сиплые стоны.

– Чёрт, Мона… – порывисто изрек, замирая на секунду и крепче сжимая челюсти. – Ты создана для меня, девочка… Для меня одного… – он неспешно толкнулся в горячую глубину, продолжая брать прямо на подоконнике. К счастью, занавески были закрыты.

Наши губы нашли друг друга, а лбы соприкоснулись. Мы целовались, ритмично двигая бёдрами в такт волнующей симфонии разгоряченных тел.

– Ещё, пожалуйста… Ещё… – мои щёки пылали.

Запрокинула голову, упиваясь всё новыми стонами, которые срывались с губ. От усиливающегося удовольствия между ног всё горело огнём. Звуки жадных поцелуев перемешались с судорожными всхлипами. Кровь пульсировала во всем теле, когда с каждым новом толчком Вильям сильнее растягивал меня, доставая до самой матки.

– Господи, да… – рычал он, не в силах сдерживаться.

Мои ногти царапали его предплечья. Исступлённо посмеивалась, размазывая кончиками пальцев пот по мощной спине.

Вильям ускорился. Он превратился в неутомимого мустанга, двигаясь внутри моего тела жёстко и яростно. Облизывала пересохшие губы, с шумом ловя ноздрями частички наэлектризованного воздуха. Перед глазами всё плыло, а предметы в комнате начали подозрительно вращаться.

– Как же хорошо… Ещё… – умоляла, всем своим нутром ощущая набухшие венки на члене, сильнее сжимая его податливым лоном, задыхаясь от наслаждения.

– Самая любимая девочка… – шептал любимый мужчина, покрывая лихорадочными поцелуями мои щеки, лоб, подбородок, нос, оттягивая губы зубами, пронзая горячим твёрдым стояком.

Мы двигались в одном неистовом ритме, с каждой секундой всё сильнее доводя друг друга до безумия.

– Моя… МОЯ! – хрипел, доставая головкой до самой матки, отдавая мне всю свою ярость и злость. Пот катился с него градом.

– А ты мо-о-о-й… – легонько укусила его в шею. В охрипшем от стонов голосе – звучало остервенение.

– Твой… твой… – одержимо посмеивался, пока я дрожала от накатывающих волн приближающегося экстаза, резче покручивая бёдрами ему на встречу.