Порочный отчим

Меня жестко шлепают ремнем по попе, но… меня это не раздражает, а наоборот, черт! Заводит…

Это он меня ещё поверх одежды стегает, а что же будет, если вдруг надумает штаны вниз стянуть?

Медведь шипит, матерясь сквозь стиснутые зубы, бьет ещё один раз ремнем по заднице, затем прижимается к ней твёрдым и огромным бугром, который вырос слишком быстро и неожиданно в свободных, спортивных штанах.

На будущем отчиме сейчас надеты домашние штаны, серого цвета, и обтягивающая натренированное тело чёрная футболка.

— Ты наказана, Рита, наказана, — хрипло шипит мне в ушко, жёстко потираясь вздыбленным членом о мою попу. Его огромный орган входит чётко между моими булочками, как сосиска в хот дог.

Идеально проникает, словно мои ягодицы были созданы исключительно для его члена. Это их жизненная миссия — ублажать член сексуального зверя.

Бам!

В голове всё переворачивается.

Мозг отключается.

Всё.

Я улетаю в прострацию.

Стоило только моей попке ощутить твердый и вздыбленный член сущего совершенства."

"Медведь горячо дышит мне в шею и пошло двигает бёдрами, распаляя проклятое желание на максимум, заставляя меня возбуждаться всё больше и больше с каждым новым развратным толчком, заставляя забыть обо всём на свете и снова подчиниться порочному дьяволу.

— Будешь у меня в углу стоять! Не выйдешь отсюда, пока... не получишь оргазм.

Издаю смешок.

А в груди всё переворачивается, на слове «оргазм».

Хочу и не хочу.

Борюсь и жажду.

Как же мне тяжело!

Во мне не на жизнь, а на смерть сражаются две противоположности.

Внезапно гад рывком дергает вниз мои штаны вместе с белыми трусиками в красное сердечко.

ПРОКЛЯТЬЕ!

Я оказываюсь перед нахалом с голой задницей.

— Иди ты! Совсем уже спятил? — опять пытаюсь вырваться, но тщетно — как добычу намертво держит. Не упорхнуть.

— Ты плохая девочка, Рита, плохая… А плохих девочек надо наказывать.

Порочный шёпот вновь проникает в ушко. Из-за этого по телу несутся новые залпы мурашек. Обнажённая попка покрывается гусиной кожей.

— Обожаю твою задницу, детка. Она заслуживает Оскара.

Дурак!

Смеюсь в уме.

Таких комплиментов мне еще не делали, но мне нравится!

Руслан по-свойски опускает ладонь на мой зад и начинает его жадно лапать. Мнёт, растирает, щупает. Доводит меня до бешенного головокружения. Так сладко становится. Мучительно! Я на грани того, чтобы потерять сознание.

Уши заложило, как во время резкого подъёма на гору, а тело колотит острейшая дрожь, как во время сильнейшего вируса.

Сама не замечаю, как оттопыриваю попку назад, как подмахиваю ей. Разумеется, чисто на уровне рефлексов. Моё тело хочет его! А разум проклинает. В итоге, тело, как всегда, побеждает.

Шлеп.

Шлеп.

Шлеп.

Боже, как это остро!

Меня настигает ещё одна порция внезапных шлепков.

— Ах! — вою я.