Ты только попроси. Или дай мне уйти

Хочу, чтобы он был последним из того, что я увижу в уходящем году, и первым из того, что я увижу в новом году.

– Счастливого Нового 2014 года! – кричат Флин и Лус, справившись с виноградинками.

На этот раз никто не становится между мной и Эриком, и он, обняв меня, целует и шепчет у моих губ влюбленным голосом:

– Счастливого Нового года, любовь моя.

Глава 27

Когда мы с семьей празднуем День поклонения волхвов, все проходит именно так, как в моем детстве. Весело, шумно и с подарками. Мы все обмениваемся презентами, а когда я открываю подарок от сестры, то вижу костюмчик для Медузы, что меня приводит в глубокое волнение.

Он желтого цвета, и Ракель говорит:

– Поскольку мы не знаем, кто это, я выбрала желтый!

Все смеются, а я плачу, только этого не хватало!

Когда я думала, что подарков больше не будет, Эрик опять меня удивляет. У него есть подарки для всех! Для отца, Хуана Альберто и Норберта – часы, для девочек – одежда и игрушки, а для сестры и Симоны – красивые браслеты из белого золота. Раздав всем подарки, он смотрит на меня и Флина и повергает нас в шок, когда вручает нам конверты. Опять конверты?

Мы с Флином переглядываемся. Но смиряемся с этим. Но когда мы их открываем, то меняемся в лице.

Чтобы увидеть подарок, идите в гараж.

Мы, смеясь, беремся за руки и бежим туда. Все следуют за нами, и, открыв двери, мы вдвоем начинам пищать. Мотоциклы!

Это два красивых и сияющих «Дукати»."

"Флин на седьмом небе от счастья при виде мотоцикла, соответствующего его росту, а я плачу. Передо мной стоит мой мотоцикл! Мой «Дукати»! Я узнала бы его среди двухсот тысяч мотоциклов.

Увидев мою реакцию, Эрик обнимает меня и говорит:

– Я знаю, как он тебе дорог. Они сохранили все, что могли, но многие вещи были заменены. Твой отец глянул на него одним глазком и сказал, что теперь он стал еще лучше.

Я набрасываюсь на него, и, пока зацеловываю его, отец очарованно произносит:

– Смугляночка, если раньше твой мотоцикл был хорош, то теперь он стал еще лучше. Но пока ты не родишь ребенка, я не хочу, чтобы ты оказывалась с ним рядом, понятно?

Растрогавшись, киваю, и Эрик заверяет:

– Спокойно, Мануэль. Я сам прослежу за тем, чтобы она к нему не приближалась.

7 января, после превосходных рождественских праздников, мои родные и Хуан Альберто возвращаются в Испанию на самолете Эрика. Как и каждый раз, когда я с ними прощаюсь, меня охватывает тоска, но на этот раз мое настроение еще неустойчивей. Эрик утешает меня, но ему приходится нелегко, потому что я все плачу, плачу и плачу.

Два дня спустя мы опять едем в аэропорт, чтобы проводить Фриду, Андреса и маленького Глена.

– Я буду очень сильно по тебе скучать, – хнычу я.

Подруга обнимает меня с очаровательной улыбкой.

– И я по тебе. Но не волнуйся, как только родится Медуза, я сразу к тебе приеду.

Я киваю.