Мемуары голодной попаданки

– Лады-лады, – не имея сил расстаться с деньгами, папаша моих деток даже прилег на столешницу, закрывая собой обретенное сокровище.

– Ну? – поторопил хозяин."

"Мужик мелко закивал. Закатав рукав засаленной рубахи, он вынул нож из-за голенища сапога и резанул себя по ладони. На только что подписанный договор и россыпь монет брызнули капли черно-бардовой крови. Сморчок стал бормотать слова клятвы, а как закончил, торопливо сгреб деньги во все тот же сапог и юркнул за дверь. Удаляющийся металлический перезвон вызвал во мне волну облегчения. Я привалилась спиной к стене и тяжело выдохнула. Оказывается, до этого задерживала дыхание.

В кухне Захарий так же устало свалился на стул и уронил голову на руки. Затих и дом. Несколько минут мы сидели молча, просто наслаждаясь покоем и осознанием решенной проблемы.

– Нужно было его прибить, – наконец, произнесла я, представляя злобные картины расчленения сморчка.

– Убить человека совсем не просто, – мужчина протер ладонями лицо и грустно улыбнулся мне, всматриваясь в коридорный полумрак.

– Зато эффективно! – упрямо возразила я, испытывая в этот момент невероятную кровожадность в отношение сморчка. – Нет подлеца – нет проблем.

– Ошибаешься. Могли объявиться и другие родственнички, похлеще отца, не зря же дети жили одни. Сбежали от папаши, но к родственникам почему-то не подались. Зато теперь они по закону под моей опекой, и никто ничего с этим поделать не сможет. А если я умру, то еще и наследство получат.

– Как умрешь? – поднявшись на ноги, я снова плюхнулась на лестницу, хотя дом меня уже не держал. Дыхание сдавило. Стало жутко и очень холодно. А стена рядом со мной покрылась инеем. Предательница! Я хлопнула по деревянной панели ладонью, и снежная крупа мерцая осыпалась вниз.

– Я пошутил, – кажется не заметил мои разборки с домом Захарий. – Пока не передам зачарованное имущество следующему магу, вряд ли мне что-то грозит.

– Тоже мне, шутник нашелся, – пробурчала я, постепенно успокаиваясь.

Хозяин встал из-за стола:

– Иван! Василиса! – громыхнул он. – Можете выходить – отец ушел и больше вас не потревожит.

Кажется, мощный голос прокатился по всему дому, не обойдя ни единый уголок, но в ответ – ни звука.

– Хорошо спрятались, что даже не слышат, – горько усмехнулась я.

– Здорово напугались, – пояснил Захарий, выйдя ко мне в коридор и пристраиваясь рядышком на соседней ступеньке. – Этот ведь с заднего хода появился. Василиса пироги с противня снимала, а отца увидела, так все побросала и вон из кухни.

– А с чего всякие тут задами-то ходят? – вскинулась я. – Такой близкий дружок тебе что ли?

– Первый раз его видел, – мотнул лохматой головой хозяин. – Видать знал зачем шел, врасплох собирался застать.

– И застал, – подтвердила я.