Попаданка и ее айдолы (двухтомник)

Да и твоих неплохо бы предупредить.

— Не раньше, чем моя группа дебютирует и взорвет этот мир, — отмахнулась я. — А, и жену для Вейшенга надо к этому моменту подобрать.

— Охренеть условия, — картинно вздохнул Рю Ром. — Ты ненормальная, ты в курсе?

— Сам выбрал. — Я пожала плечами. — Теперь не жалуйся.

— А кто жалуется? Пошли работать, белочка. Как ты там вчера сказала так интересно? Раньше сядем, раньше выйдем.

— Кстати, Ха не врал? В финальном сольном выступлении действительно можно показывать что угодно? — вспомнила я слова его племянника.

— Хоть стриптиз на шесте, хоть операцию по удалению аппендицита. Разрешено все, что не запрещено законом, — хмыкнул волк. — Но и участники должны понимать, что они готовятся стать именно айдолами, а не патологоанатомами. А что?

— Вот думаю, что посоветовать Санти.

— Пусть хоть на голове стоит, хоть стихи читает. Стоя на голове. Главное — дораскрутить к этому моменту тег «Освободите бревнышко». Кстати! — Глаза у Рю загорелись смешливыми огоньками. — За три желания готов предоставить тебе доступ к одному прикольному парню-рэперу. Они пишет стихи на заказ и вполне способен накидать для Энрике душевных рифм на тему «отпустите домой, сволочи!».

— Хочешь сказать, стихи уже готовы, но ты не отдашь их мне просто так? — прищурилась я.

— Ла-а-адно… но тогда с тебя еще один ма-а-аленький моментик.

— Какой? — насторожился Рю.

— Мне нужен тигр. Живой. Неагрессивный. Приученный к сцене. А лучше два тигра! Ну или две любые большие хищные кошки по заданным параметрам. Просто тигры самые эффектные…

— Э… М-да. Стесняюсь спросить: Лео в курсе твоих планов?

— Ну-у-у… пока нет. Но больших собак он не боится, я спрашивала.

— А при чем тут собаки?!

— Или ты сделаешь так, что я выйду замуж в семью У, или…

Я просто нажала отбой. Только Эрики с ее истериками и попытками шантажа мне сейчас не хватало. Что возомнила о себе эта девчонка?

Шоу стремительным домкратом летело к финалу. Бабуля Кун только-только вышла с больничного, и я все равно не разрешала ей перерабатывать.

В общежитии трейни назрел заговор и попытка бунта — дети, привыкшие больше к физическому, чем к умственному труду, задолбались об историю Объединенной Азии и математику. Пришлось лично ехать и раздавать звездюли.

Уволились еще два агента, и из пяти осталось трое. Ибо халява прежнего руководства кончилась, и теперь любителям полениться за свою не самую крутую в отрасли зарплату приходилось отрабатывать на все сто. Зато и контракты пошли косяком. Мелкие, недорогие, но они уверенно тащили нас все дальше от края финансовой пропасти.

На шоу тоже не все было слава богу. Санти каждый день в ужасе ныл про финал. Остальные пятеро посматривали на меня странно и подозрительно молчали.