Попаданка в академии драконов 2

Он решается на поездку в страну, только что сменившую власть и форму правления, слишком беспокойную и занятую проблемами, чтобы обратить внимание на одинокого охотника на людей. Правда, архивампир старается питаться лишь бессердечными бандитами. К тому же хорошее питание делает их кровь вкуснее.

Описания жуткие, но завораживающие. Не знаю, почему Ника в восторге от этих скитаний по миру и боли перерождения. От их кошмарности дух захватывает, дрожь по телу пробегает и адреналин выплёскивается при особо животрепещущих моментах, особенно в том месте, где к соседям архивампира явились бандиты и собирались новорождённого младенца прижечь утюгом за то, что его отец прикарманил часть выручки. Архивампир пришёл на крик… Дарк фэнтези на современный манер. И Нике это нравится? Моя соседка открывается с новой неожиданной стороны.

Санаду прав: я весь вечер бездельничала, а мир не рухнул, и академия живёт прежней жизнью. Прислушиваясь к разговорам в столовой, не улавливаю тревожных вестей о неладах в императорской семье.

Вместо отработки заклинаний щита и атаки усевшись в углу зала с мешочком гвоздей, вертя их в пальцах, невольно задумываюсь о словах Санаду.

Могу ли я здесь и сейчас что-то изменить в отношениях Арендара и Эларонарра? Нет.

Могу ли забрать свои слова обратно? Нет.

Разве я виновата в том, что Элоранарр начал меня хватать? Нет.

Кто отвечает за его поступки, я или он? Он.

Мне же нужно принять это и то, что я — яблоко их раздора. И позволить им решить всё между собой, даже если нестерпимо хочется бежать и что-то делать.

То, что я должна сейчас делать — успокоиться и завязать гвоздь бантиком. Это я могу. Обязана. За это на все сто процентов отвечаю я. Это мои руки, моя магия.

А десяти-сантиметровый гвоздь слишком короткий и толстый для бантика, сначала его надо вытянуть. Ухватив шляпку и носик, осторожно усиливаю пальцы, сжимаю гвоздь, а затем постепенно вкладываю магию в остальные мышцы, помогая растягивать металл. Это мои руки, я могу. Тяну осторожно. Железо здесь пластичнее нашего, оно чуть нагревается от растяжения. А теперь надо сделать петлю… Только спокойно. Есть я и эти гвозди. Долой посторонние мысли, долой голоса и хлопки разлетающихся щитов, долой всё. Я отвечаю только за гвоздь в моих руках. За один, другой, третий…

Тянусь за гвоздём, ощупываю мешок и, наконец, смотрю на него: пустой. А передо мной — горка завязанных в бантики гвоздей.

Её накрывает громадная тень.

— Одного бантика вполне хватило бы, — по-доброму усмехается нависающий надо мной Дарион.

— Это очень успокаивает.

Его смех гулко отражается в пустом зале. Надо же, и не заметила, как тренировка закончилась и все ушли. Пушинка сладко посапывает на матах в углу.