Двурогий. Попаданец к Александру Македонскому

Все же в цельном вине процент спирта выше. Он не лекарь, но по размышлению – именно так логично.

И лучше потерять немного времени, чем потерять войско. Начальникам дюжин строго приказал: всю еду варить и жарить, ничего сырого в рот не брать. В селении продавали коровье молоко, козий творог, кумыс лошадиный.

Прошла неделя, новых случаев заболевания не было, заболевшие чувствовали себя лучше, но были слабы и пешего перехода не выдержали бы пока. Еще неделю выждали, и только потом Алексей распорядился завтрашним днем выступать. Два дня медленного марша – и впереди показались стены Библа. Двухнедельная задержка в пути привела горожан в трепет.

Все уверились, что лох Алексея – лишь передовой отряд, который ожидал подхода главных сил. На ночь остановились на виду города, выставив усиленные караулы.

А утром случилось неожиданное. Распахнулись городские ворота, из них вышла небольшая группа и направилась к походному лагерю лоха. Алексей успел одеться подобающе, из запасов Крис принес новую тунику. Оказалось – переговорщики из знатных горожан.

– Как мы понимаем, к Библу идет войско великого и непобедимого Александра?

Пока разговор шел в нужном русле.

– Нам бы не хотелось осады и жертв. Стены города крепки, и осада может длиться долго.

– В армии Александра есть осадные орудия. Их камни могут разрушить любую стену. Вы наслышаны, как долго сопротивлялся Тир, но и он пал. Защитников прибили к крестам, ныне город стерт с лица земли.

Лица переговорщиков были печальны. Пал не один Тир.

– Мы даже не будем катапультами разрушать стены, а забросим в город несколько трупов умерших от чумы. Мы специально не предали их огню, а везем с собой тела в обозе. Их повозки следуют в отдалении.

Алексей врал на голубом глазу. Но не зря он «проговорился» торговцу на стоянке о болезни, поразившей воинов. Вероятно, те пересказали горожанам. Семена дезинформации упали на благодатную почву. Если при осаде и штурме хоть кто-то мог уцелеть, то эпидемия в закрытом за стенами городе могла закончиться всеобщей гибелью. Причем если смерть от меча была мгновенной, то эпидемия чумы или оспы страшила долгими мучениями и непременной смертью.

Откровенная ложь Алексея сработала. Он видел страх на лицах переговорщиков. Они попросили время на раздумье и удалились. Алексей же приказал начать возведение большой катапульты на глазах у горожан. Они постоянно маячили на стенах, наблюдая за гоплитами. Алексей видел вблизи осадное орудие, на земле прутиком набросал эскиз. По нему и стали сооружать катапульту. Если вначале горожане недоумевали, что это мастерят греки, то через три дня уже понятно стало, что это не подвижная башня для осады и не защита для тарана, а именно осадное орудие.