Двурогий. Попаданец к Александру Македонскому

Послав Алексея отравить Мемнона, Александр сам открыл ящик Пандоры. Пройдет совсем немного лет, и он сам умрет от яда. Недоброжелателей много, как и врагов. К тому же многих своих старых друзей он оттолкнул, а некоторых убил собственной рукой.

Вот только рассказывать Александру о его судьбе Алексей не собирался. За это можно поплатиться головой: примут за недоброго прорицателя с черным глазом да и сожгут заживо, чтобы и следа не осталось. Время жесткое, суровое, как и нравы.

К полудню Алексей подошел к походному шатру Александра. Начальник телохранителей Клит Черный, предупрежденный Александром, кивнул, махнул рукой:

– Проходи, Алекс! – так в армии Александра звали Алексея.

Александр был в шатре один, возлежал на ковре, опираясь на высокую подушку. Прямо как любят персы. В Греции и Македонии в моде были лежанки. На круглом одноногом столе стоял кувшин вина, в вазе лежали фрукты, на серебряном блюде – сладости и орешки.

Алексей был без оружия: в шатер с оружием входить не дозволялось никому. Войдя, кивнул, поприветствовал:

– Да пребудут с тобой боги и удача на долгие годы, повелитель мира.

Все же добавил Алексей толику лести, которую Александр принял как должное.

– Садись, рассказывай подробно.

Алексей уселся на небольшую скамейку. Начал повествование с наема в войско.

– Не заподозрили? – перебил его Александр.

– Если бы заподозрили, я бы здесь не сидел.

Потом про плавание и осаду Митилены. Дошел до ранения Мемнона из «скорпиона».

– Куда ранили, насколько серьезно?

– Серьезно, но не смертельно. Видел я похожие. Хотя не лекарь, но, полагаю, через два десятка дней вполне мог совершать походы.

– Ты точно подмечаешь детали, продолжай.

– Я оказался недалеко от Мемнона, в трех десятках шагов и, когда его ранило, бросился помочь. Из обоза прибежал лекарь с инструментами, разрезал кожаный панцирь. Меня послали за вином в повозку лекаря.

– Ты в кувшин подсыпал яд? – перебил его Александр и сел на ковре.

– Да, мой повелитель! Я подсыпал порошок из врученного мне перстня в кувшин, принес лекарю. Он щедро полил вином рану, потом дал глотнуть Мемнону. Меня прогнали, призвали в шеренгу, но штурма города не состоялось. Армия лишилась руководства, медлила. Вскоре раздались крики отчаяния, стенания. Оказалось – Мемнон умер. Как все думали, от раны. Все же кровь текла сильно.

– Удачное стечение обстоятельств!

– О Великий! Эти обстоятельства создали боги, не иначе. В противном случае я мог оказаться далеко от Мемнона, на другом конце шеренги.

– Да, это верно! Выпьем за удачу!

Алексей налил вина в чашу Александра, щедро плеснул в чашу себе. Вино разбавлено водой, с такой порции не опьянеешь.

Выпили. Алексей взял несколько орешков, бросил в рот.

Александр откинулся на подушку, похоже, задумался.