Двурогий. Попаданец к Александру Македонскому

Дорога пролегала через знакомые места, где проходила ранее армия Александра, шли битвы. Через Сарды на Исс, потом Мари, вдоль Евфрата. Воины смотрели на полусгнившие щиты, части оружия. После битвы пригодные для использования или продажи щиты, шлемы, мечи, сабли собирали. Нужное шло в хранилища, что-то продавалось торговцам. А еще в траве тут и там белели черепа и кости. У разных народов и вероисповеданий мертвых либо сжигали на кострах погребальных, либо предавали земле. Но это выполнимо, когда умер один или несколько человек. Когда в битве счет шел на тысячи с каждой стороны, предавали земле только военачальников, прославленных воинов. Остальные тела доставались шакалам, волкам, воронью. Звери и птицы, солнце и дожди делали свое дело: через два-три года только кости оставались, а через десять-пятнадцать лет они превращались в труху, земной прах.

Когда проходили мимо бранного поля у Исс, все замолчали, смотрели по сторонам. Кто участвовал в той битве, вспоминали боевых товарищей, ход битвы. Сама атмосфера была какая-то гнетущая: вокруг кости, останки неупокоенных. Было ощущение у многих, что слева и справа от дороги стоят духи погибших воинов, невидимые, но ощутимые до мурашек по коже. Воины сами прошли через битвы, многие были ранены, сами убивали. Но сейчас жутко стало. Алексей почувствовал, как мгновенно изменилось настроение воинов. Остановил колонну почти в середине поля павших. Выставил полный кувшин вина из своих припасов, Перикл выкликнул:

– Кто хочет, делайте пожертвования духам павших, чтобы пропустили, не навели порчу, в бою не подставили под удар.

В полной тишине подходили, клали на блюдо рядом с кувшином подношения: медные оболы, горсть орешков, кусочки вяленого мяса. Кто что мог, независимо от должности, свободный гражданин или раб. При подношениях бормотали молитвы своим богам, поворотившись на гору Олимп, где они обитали.

Показалось – приняли духи подношения, ибо отпустило тягостное ощущение, легче дышать стало.

Зашагали в привычном темпе, но еще долго молчали. Вспоминались погибшие здесь друзья-приятели. Их не забудешь до собственной смерти. С ними стоял в строю филы или фаланги, отражал атаки, спал, укрываясь одним плащом. Из одного котелка ели по очереди всей дюжиной, ходили к продажным девкам. Но приятелю не повезло, стало быть, его помянуть надо и гулять за двоих. Если он видит с небес или из подземного царства Аида, одобрит и возрадуется.

Алексей же сделал вывод: лучше места сражений обходить стороной. Сложно, потому что приходилось пока идти тем же путем, что шел Александр с войском. Попозже, когда упрутся в Евфрат, повернут и направятся по правому берегу к Вавилону. От Никсфорея до Вавилона уже мест ожесточенных боев противостоящих армий не будет.