Попаданец 2.0

Всё выше и выше, и, достигнув апогея, начала медленно нацеливать руки на непокорную парочку. Хина вжалась спиной в колесо так, что казалось, ещё немного, и она просто сломает ось фургона, а затем рванулась вперёд и обняла отставленную ногу человека. Она даже не заметила этого, завороженно, как кролик на удава, глядя на эльфу-колдунью. И лишь спасительная опора, нога Ирг-роря, давала ей сил не упасть замертво перед безумием хаоса. А тот всё так же стоял, воздев щит, испускающий спасительное сияние.

Жуткие пальцы с длинными ногтями слегка подрагивали, готовясь выпустить всю собравшуюся мерзость, когда по двору пронёсся звук колокола, от которого все ещё не успевшие сбежать бойцы осели на землю безвольными мешками. А затем на камень упали отсечённые кисти ведьмы и её голова, всё ещё злым, безумным взглядом глядящая на непоколебимого человека. Последним рухнул шар, всё ещё оплетённый быстро рассеивающимися лентами красного тумана. Однако стоило ему только коснуться земли, как сверху вонзилось словно бы раскалённое добела лезвие, до последней капли выжигая чуждое всему живому колдовство из осколков обычного горного хрусталя.

Лишь когда последний клочок подёрнувшегося маревом артефакта растаял, обратившись невесомым пеплом, фигура, на пару мгновений возникшая за спиной ведьмы и оборвавшая её подлую жизнь в два взмаха такого знакомого клинка, выпрямилась. И Хина вновь за этот длинный день не сдержала эмоций и разревелась, словно бы опять была маленькой девочкой, потерявшейся в городском саду и пробродившей в нём до самой темноты. И тогда, и сегодня отец был тем, кто пришёл и спас её.

Хотя нет. Спас её не только отец. Был здесь ещё один… воин. Настоящий, истинный. Теперь девушка могла произнести это без какого бы то ни было внутреннего конфликта, так как признала это душой.

Тот, кто, видя, что опасность миновала, опустил погасший щит, который немедленно осыпался пылью, не выдержав напора магических сил. А сверху на эту пыль осел и сам герой, потерявший сознание от непривычного ему перенапряжения.

Проснулся я словно по команде дневального. Несколько секунд, не открывая глаза, лежал, вслушиваясь в окружающие меня шорохи, пытаясь понять, где я, и определить угрожает мне что-нибудь или нет. Судя по ощущениям, я был абсолютно голый и валялся то ли в постели, то ли, если учесть общую восточность эльфов, на местном аналоге футона.

Не думаю, что враги стали бы обо мне так заботиться, у триадовцев меня ждала бы яма с тухлой водой, совмещённая с нужником, используемым всем поместьем, или, на худой конец, охапка гнилой соломы, но явно не благоухающие цветами мягкие перины. К тому же я не был связан, а среди звуков, доносящихся до меня, не было тех, что показались бы «опасными».