Попаданец на гражданской. Гексалогия (СИ)

Это вере православной не мешает, ибо жизнь тому же христианину облегчают. Какое тут колдовство?! Да что далеко ходить — вы на это посмотрите, господа.

Мужчины буквально впились глазами в женскую ладошку, на внутренней поверхности которой багровело большое пятно.

— Это же ожог, — удивился Краузе, — но откуда он у вас?! Вы над свечой руку держали?

— Нет здесь свечей, — чуть поморщилась девушка и достала из-под одеяла знакомый Фомину зеленый камень. — Я оберег прижала к ране на голове генерала. Посмотрите на него, но в руки не дам!

Семену Федотовичу показалось, что нефрит немного поплыл по краям, словно оплавился. Но как такое могло случиться — на этот вопрос он просто не знал ответа.

Но когда жена повернула камень другой стороной, он испытал жгучее желание протереть глаза. Действительно, не просто деформировался, в него оказался буквально вплавлен темный кусочек металла знакомой формы.

— Пуля от «браунинга», калибр 7,65, — князь опытным взглядом первым определил, что это такое, и тут же посерел лицом, даже голос осип. — Она что, из головы сама вышла?

— Держала ладонь сколько могла, ее жгло, но я крепче прижимала оберег. Не помню, как потеряла сознание…

Семен Федотович только разевал рот, не в силах осознать произошедшее. Краузе кинулся к Арчегову, стал осматривать повязку на голове и отшатнулся — по лицу потекли большие капли холодного пота.

— Пуля сама вышла или ее извлекли — но как?! Без трепанации черепа?! Бинты обуглены, но следов ожога нет… И рана сама зарубцевалась… Мистика, господа, поверьте мне!

Офицеры только молча смотрели на генерала — перемена произошла с ним просто разительная. Теперь никто не сомневался, что военный министр обманул старуху с косою и поправится.

Первым опомнился князь, он подошел к кровати, опустился на колени и прижал ладонь Маши к своим губам.

— Вы совершили чудо, Мария Александровна. Генерал обязан своим чудесным спасением только вам, вы словно его вторая мать…

— А может бабушка? — со странной улыбкой, которую понял только Фомин, произнесла девушка.

— Все может быть, я уже ничему не удивлюсь, — чрезвычайно серьезно произнес флигель-адъютант. — Но вы совершили чудо! Я искренне завидую и уважаю вашего мужа, иначе бы предложил свою руку и сердце.

— Да полноте вам, князь…

— Господа, — Фомин решил направить разговор в нужное русло. — Надеюсь, вы понимаете, что все увиденное вы должны сохранить в тайне. Генерала Арчегова излечил доктор Краузе, и никто другой. И не было никакой мистики! Только лекарское мастерство нашего Людвига Карловича, который получит заслуженную награду. Я думаю, шейный крест святой Анны.