По понятиям Лютого

Маркелыч, сам в прошлом чемпион области по вольной борьбе, тридцать лет тренерской работы, сел, положив на стол с бумагами огромные кулаки, и смотрел в окно. Не в то окно, где боксеры, а в другое, которое на улицу.

– Тебя Череп звать? – спросил он.

Череп молча тянул свою ухмылочку. Он не привык представляться, делая дела.

– Слыхал, слыхал. И сколько денег просишь?

– У меня к тебе другая тема. Не деньги, – сказал Череп, уже без улыбки.

– Не деньги? А что тогда?

– Нужно, чтобы ты парочку нужных людей взял на работу. Ну, и чтоб помог им сойтись с некоторыми твоими… клиентами, или друзьями, не знаю, кто они там тебе… И вообще. У меня на тебя и твое хозяйство большие планы имеются. Сечешь?

Маркелыч оторвал взгляд от окна, посмотрел на Черепа… Не то чтобы он был какой-то там благообразный или, наоборот, страшный, Маркелыч этот. Человек непростой судьбы, хлебнувший дерьма из корыта, удачи из хрусталя, драки между своими воспитанниками он останавливал одним только взглядом. Вот. Но Черепа никакими взглядами не проймешь. Череп сам зыркалы наставить умеет, и там черным по белому написано: гомон и смерть, смерть и гомон.

– Ладно. Закинул ты хомут ловко… Только желательно, чтобы и мне со всего этого выгода была. Чтобы не чувствовал себя залетевшей гимназисткой, – проворчал Маркелыч с обидой, но чувствовалось, что он уже смирился и хочет с честью или хотя бы с чем-то выйти из положения.

– Да поможем, не оставим! Спортивная форма, кроссовки, бутсы там, мячики… Любой дефицит! Мы ведь тоже заинтересованы, чтобы наша молодежь спортом занималась! – Череп подался вперед, подмигнул нахально: – А если будет отдача, так и в долю возьмем. Сечешь, дядя Маркелыч?

* * *Директор Центрального универмага Борис Варенцов с супругой вернулись из ресторана в начале первого ночи. Борис Игнатьевич сунул ключ в замочную скважину и с удивлением обнаружил, что он свободно болтается в пустоте, не встречая сопротивления. Толкнул дверь – она была отперта, на полу среди металлических опилок валялась изуродованная личинка замка.

– Что это еще такое? Неужто обокрали?

Варенцов первым вошел в квартиру и сразу же получил удар по голове. Его супругу втянули следом два человека в черных «фантомасках». Внутри был еще один, в такой же черной маске.

– Где тайники, сука? – спросил он Варенцову.

– Какие тайники? – прошептала она.

Человек в черном повернулся к оглушенному, распростертому на полу прихожей Борису Игнатьевичу и пнул его каблуком:

– Где тайники?

Варенцова показала скрытый сейф с золотыми украшениями и десятью тысячами рублей, а также заначку под платяным шкафом, где хранились еще пять тысяч.

– Всё? – спросил человек в «фантомаске».

– Всё."

"– Хорошо. Теперь открой рот.