Помнишь ли ты…

Глава 48

Закат окрасил небо лавандовыми, лиловыми и алыми мазками к тому времени, как закончился ужин и Летти убрала со стола.

Нервозность Кэла исчезла без следа, сменившись убежденностью, что Диана — полноправный член семьи и будет им всегда. Поэтому Диана не только чувствовала себя обманщицей, но и смутилась от нескольких вопросов о материнстве — дядя Кэл хотел выяснить, каким образом она собирается руководить компанией и воспитывать ребенка. У Дианы возникло странное ощущение: Кэл понял, что она еще не задумывалась о детях, и заподозрил неладное.

Раздражало Диану и то, что Коул, по-видимому, не испытывал ни неловкости, ни угрызений совести. Похоже, он умышленно поставил ее в затруднительное положение.

Делая вид, что прислушивается к разговору, Коул из-под полуприкрытых тяжелых век беспечно разглядывал лицо Дианы, заставив ее смущенным жестом отвести прядь волос со щеки.

Он удобно расположился на стуле, вытянув перед собой длинные ноги, и пренебрегал видом заката ради созерцания Дианы. Не дрогнув ни единым мускулом, не говоря ни слова, он излучал ауру мужской силы, силы хищника — настолько ощутимую, что ее можно было резать ножом.

Более того, мужчины без стеснения беседовали о предметах, которые вызывали у Дианы острую тревогу, а разговор возвращался к этим предметам с действующим на нервы постоянством. Простодушная похвала Дианы самодельному столу, за которым они сидели, спровоцировала Кэла на пространное объяснение, что Коул привез на ранчо исполинское ложе всего несколько дней назад, чтобы заменить обычную двуспальную кровать. А затем Кэл заметил, что среди новой мебели был угловой диван, на котором подушек оказалось больше, чем на всех трех кроватях в доме.

А когда Диана заметила, что ландшафт вокруг дома очень милый, выяснилось, что Коул заставил целую армию работников буквально вылизывать окрестности незадолго до ее прибытия."

"— Дом не был готов к приезду новобрачной, — сообщил Кэл и кивнул на двойной шезлонг, стоявший неподалеку на веранде. — Коул привез его сюда из Далласа для тебя, — признался он. — Я еще никогда не видел ничего подобного, а ты?

Повернувшись, Диана разглядела двойной шезлонг и кивнула с улыбкой:

— Только однажды.

— Ну, тогда тебе это не в новинку. А мне так и кажется, что он выставил прямо на веранду кровать! Я видывал кровати на верандах и прежде, — пошутил он, — но обычно из них выпирали пружины, а сверху был навален всякий хлам.

У Дианы упало сердце.

— Кэл! — негромко и предостерегающе произнес Коул. Диана сочла его возражение слишком запоздалым и нерешительным.

Соглашаясь на незапланированный медовый месяц на ранчо, Диана представляла себе, что он начнется немного позднее и гораздо более медленными темпами.