Помнишь ли ты…

Лишившись дара речи, Диана наблюдала, как Эрнест выползает из пикапа с довольной улыбкой на лице.

— Это шутка? — спросила она. — Зачем мне эта развалина?

— Чтобы вы ее купили! — объяснил Эрнест так, словно считал этот выход самым удачным. Он развел руки в безудержном ликовании. — Вы купите ее за пятьсот баксов, а когда будете уезжать, оставите у себя или продадите.

Диана поняла, что попала в ловушку.

— Вряд ли эта штука стоит пятьсот долларов.

— Она крепка, как камень! — возразил Эрнест, демонстрируя редкостную способность упускать из виду такие мелочи, как расхлябанные бамперы, фары со свисающими из них проводами и небрежно заклеенные стекла.

У Дианы не осталось выбора.

— Я беру ее, — произнесла она сдавленным, несчастным голосом, вытаскивая из сумки кредитную карточку. Гас молча взял ее и направился в мастерскую. Несколько минут спустя он вернулся с квитанцией для Дианы и пачкой наличных. Пока Диана ставила свою подпись, Эрнест перекидал ее чемоданы в багажник обломка кораблекрушения, стоящего рядом, а затем подошел поближе.

— Готово, — заключил он и, к удивлению Дианы, протянул Гасу руку, и тот отсчитал четыреста девяносто долларов.

— А где еще десять баксов? — поинтересовался Эрнест.

— Ты до сих пор не рассчитался со мной за эту шину. С запозданием почувствовав обман, Диана пристально оглядела обоих мужчин. Поскольку Гас не заставлял ее покупать чертову развалюху, винить следовало только Эрнеста, и Диана устремила гневный взгляд на его обветренное лицо.

— Не хотите ли вы сказать, — произнесла она негодующим тоном, — что только что всучили мне собственную машину?

— Вот именно, — подхватил Эрнест с ухмылкой и, шутливо толкнув Диану в бок, признался:

— Я отдал бы ее за двести пятьдесят и считал бы, что мне повезло.

Содрогаясь от унижения, Диана ответила старому жулику ложью, которая, как она надеялась, много ночей подряд не даст ему спать спокойно:

— А я приготовилась заплатить даже тысячу! Разочарование Эрнеста было столь комичным, что Диана успокоилась прежде, чем услышала сдавленный смешок Гаса.

Эрнест проводил ее к машине и услужливо придержал дверцу, пока Диана опасливо усаживалась на грязное, изодранное виниловое сиденье. Руль казался огромным, но Диана наконец освоилась с ним, затем нащупала педаль тормоза. Случайно посмотрев вниз, она обнаружила не две педали, а три, а затем у рычага передачи заметила схему переключения вместо аккуратных буковок, складывающихся в слова «ход», «остановка», «задний ход». У нее упало сердце.

— Детка знает, как переключать скорости?

— Разумеется, — солгала Диана, оглядываясь через плечо. Выбраться с забитой машинами стоянки можно было только задним ходом, по дорожке, наклонно спускавшейся к улице.