Помнишь ли ты…

Папа не смог сопровождать меня — у него не на шутку разыгралась аллергия, и я решила пойти одна.

— А почему мама не составила вам компанию? — удивился Коул.

— Мама очень устала — она целый вечер готовила ужин и упаковывала вещи.

— А Диана?

— У меня не хватило наглости обратиться к Диане. Она была с ног до головы покрыта каламиновой мазью, к тому же подвернула ногу. Но, услышав, что я выбираюсь из палатки ночью, Диана принялась перечислять ужасы, какие ждут неопытного путешественника в лесу. Но я уже бежала прочь, прихватив только фонарик и фотоаппарат.

Несколько минут спустя я услышала хруст веток, почувствовала запах мази и догадалась, что это Диана. И точно — она ковыляла по тропе, волоча ногу, В одной руке у нее была увесистая аптечка, а в другой — голубой фонарик. Какое это было утро! — Кори залилась смехом. — Когда мы достигли выбранного мной места, я поняла, что солнечные лучи будут плохо освещать ручей с этой стороны, и нам пришлось искать брод, перебираться на противоположный берег, продираться сквозь заросли над водопадом, а затем спускаться обратно.

— И вам удалось сфотографировать лосей?

— Нет. Еще не рассвело, и я не знала, что мы очутились на берегу другого ручья возле ближайшего холма, потому установила треногу и настроила телеобъектив. Небо наливалось розовым светом, а сохатые так и не появлялись, и я оставила Диану с фотоаппаратом, а сама прошла в конец поляны. Встав на четвереньки, я выползла из зарослей на берег и подождала, пока глаза привыкнут к свету. Я присела и достала из кармана остатки зефира. И тут я увидела как он выходил из воды, направляясь прямо на меня.

— Лось? — уточнил Коул, передавая блюдо с бисквитами дедушке Дианы.

— Нет, медведь! Он был еще молодой, немного ниже меня ростом — это я поняла не сразу, потому что он передвигался на четырех лапах. Не сомневаясь, что он меня заметил, я опустилась на четвереньки, но косолапый оказался рядышком. Я завизжала, он остановился, и мы замерли друг перед другом, ошеломленные и перепуганные. Вдруг он встал на задние лапы, я — на ноги, швырнула в него зефиром и бросилась наутек. Впрочем, он удирал с такой же скоростью."

"Но на этом наши злоключения не кончились. В довершение всего этого, — задыхаясь от смеха, продолжала она, — решив вернуться в лагерь, мы поняли, что заблудились. Диана настаивала, что мы должны сидеть на месте, как сказано в ее инструкциях, но я не слушала — до тех пор, пока она не притворилась, что не может идти из-за больной ноги. Вечером она развела небольшой костер — чтобы спасатели могли нас найти.

А я забыла поменять батарейки в фонарике, и они сели незадолго до того, как я услышала звук, показавшийся мне воем волков. Диана не дала мне свой фонарик.