Мы знаем, что ты помнишь

– С кем-нибудь встречаешься, да?

– К сожалению, нет. Просто по работе.

– Ты ведь знаешь, если долго ждать, то можно совсем сморщиться.

– Спасибо, мама, звучит очень обнадеживающе.

Окружающий мир окрасился в глухие синие тона, когда она проезжала по мосту Сандёбру. Ранние сумерки, когда горы и река сливаются по цвету с небом.

Теперь местность вокруг бывшей лесопилки освещали прожектора. Эйра услышала голоса, доносящиеся из большого помещения в стенах кузницы. Завидев ее, Боссе Ринг махнул рукой, приглашая войти.

Внутри кузницы было холодно и пусто, никаких станков или машин. Взбегавшая наверх лесенка вела в никуда. Эйра поздоровалась с экспертом-криминалистом, тем же мужчиной, которого она видела сегодня утром, после чего он извинился и куда-то ушел. Кабели от генераторов змеились по полу, убегая вниз к реке – она заметила за деревьями яркий свет.

– Ведь ты осведомлена об этом деле куда лучше любого из нас, – произнес Боссе Ринг. – Вот, взгляни, это тебе о чем-нибудь говорит?"

"На полу, на котором криминалисты в большую кучу сгребли лопатой битый кирпич и крошки цементной кладки, лежал расстеленный кусок пленки. Эйра медленно двинулась вдоль ряда находок. Неидентифицируемые предметы одежды и перчатка, спальный мешок и порванный башмак. Три презерватива, пивные бутылки.

Возле одного из обрывков материи она остановилась. Он был грязный и бесформенный и, должно быть, выцветший от времени, но в нем все еще угадывался светло-голубой цвет.

– Когда Лина пропала, на ней было платье, – медленно проговорила Эйра. – По словам Нюдалена, на тонких бретельках. Другие свидетели видели ее в кофте.

Боссе Ринг взял палочку и слегка потыкал ею находку.

Бретелька.

Стало тихо, в наступившей тишине был слышен только шум генератора.

– Что будем делать? – спросила Эйра. – Покажем это тем немногим свидетелям, что у нас есть, или подождем результатов анализа ДНК?

– Ее родители все еще живут в округе?

– Они переехали в Финляндию.

– Что ж, их можно понять.

– Никто из них не смог бы с уверенностью сказать, во что была одета их дочь в тот день. Она тайком выскользнула из дома.

– А остальные, из тех, кто ее видел?

– Пятеро парней подросткового возраста, – ответила Эйра, пытаясь восстановить в памяти разрозненные свидетельские показания. – По поводу цвета платья мнения разошлись, но некоторые утверждали, что оно было синим.

Ослепительно-яркий электрический свет придал окружающим предметам непривычную резкость. Воздух плавился от жара.

– Где вы это обнаружили? – спросила она.

– Не знаю, я здесь всего пару часов.

Эйра сделала еще один круг, разглядывая оставшиеся находки. Старый башмак, чей размер явно больше сорокового. О времени разложения презервативов она имела слабое представление.