Хозяйка собственного поместья

Глядя на его выражение лица, я едва сдерживала улыбку — столько сосредоточенного любопытства на нем было, будто на свете нет ничего интереснее нового занятия, которое он сейчас осваивает.

— Кстати, богомолец тот говорил, что принято делать на сотню один «счастливый» — только с тестом внутри, — добавила я. — Будем следовать традиции?

— Конечно. Традициям обязательно нужно следовать, — кивнул Виктор.

В четыре пары рук дело пошло быстро. Пельмени, правда, получались разной степени кривизны, но я решила, что главное — вкус. Время от времени Виктор подходил к заполненным доскам, и воздух под его ладонями дрожал от потоков холода. Мы ссыпали замороженные пельмени в холщовые мешочки и уносили в ледник.

Пожалуй, надо сегодня сварить чуть больше, на сегодня и на утро. Вечером, когда буду ставить в печь тушенку, заодно поставлю и чугунок с залитыми водой костями. Утром будет бульон, в котором и разогрею. А остатки теста, из-за которых Марья так переживает, замешу снова и нарежу лапшу, пойдет в остатки бульона…

— О чем вы задумались? — спросил Виктор.

— Что готовить на утро.

— Не забывайте, что завтра нам в дорогу.

— Я помню, поэтому нужно рано встать, чтобы приготовить образцы для отправки и всем позавтракать. Вы говорили, что не едите до утреннего моциона, но, наверное, не стоит пускаться в путь голодным.

— Спасибо за заботу, — неожиданно серьезно сказал Виктор. — Я ее очень ценю.

— Не за что. — Я почему-то смутилась под его пристальным взглядом.

Положение спасла Марья, сообщив, что вода закипела. Я поспешно занялась готовкой, радуясь про себя, что жар печи скрывает румянец.

— Пахнет потрясающе, — сказал Виктор. — Запишете рецепт?

Я улыбнулась.

— Для Жана? Но вы же еще даже не пробовали.

— Блюдо, которое так пахнет, не может быть невкусным.

Вообще-то пахла пока вода, в которую я добавила соли и специй.

— Думаю, он и сам сообразит по вашему описанию, ничего сложного нет. Но запишу, если вам так хочется. Лучше скажите, с чем вам подавать? С маслом, сметаной, горчицей или уксусом и перцем? — спросила я.

По лицу Виктора было видно, что ему хотелось бы попробовать и так, и этак, но правила приличия предписывают скромность.

— А вы как предпочитаете?

Марья, по всему видно было, хотела проворчать: «Да как же она может предпочитать, если никогда это не готовила?» — но, к счастью, слугам не было положено вмешиваться в разговор господ.

— Со сметаной. Но, если вы любите поострее, я могу сделать соус из сметаны с чесноком.

Жаль, из зелени только лук на подоконнике.

— Если вам не трудно, лучше поострее, — сказал Виктор.

— Тогда сделаю всего понемногу, а там разберетесь.

На лице Марьи огромными буквами было написано: «сметану еще переводить!».