Поместье с привидениями

Печь он тоже белил каждую весну, хоть и было это чисто символическим жестом, а для мытья построил небольшую баню, которой у бабы Дуси не было.

Его отец, бабы-Дусин сын, справил бы, но он умер, когда Глебу было совсем мало лет. Погиб при исполнении задания, работая в уголовном розыске. После смерти отца его и отправили к бабе Дусе, и жил он в маленьком домике на опушке леса до тех пор, пока не пришлось идти в школу. И ей-богу, это были лучшие годы в его жизни.

В свой собственноручно выстроенный рай, точную копию детских воспоминаний, он наведывался, как только мог. То есть нечасто. Дела не признавали календарей, и иногда Ермолаев месяцами работал без выходных, особенно в сезон, когда можно было завести технику в лес и заготовка велась полным ходом. Он не оставлял без личного контроля ни одной мелочи, потому что именно в этом и крылся секрет успеха.

Ермолаев мог сам управлять и мульчером, и бульдозером, и древовалом, и валочно-пикетирующей машиной, и харвестером, и форвардером, и трелевочным трактором, мужики на всех участках работы его уважали, а потому безоговорочно слушались. В лесу это было важно. Там вообще существовала своя, особая иерархия отношений, которые казались чуждыми и непонятными в повседневной жизни тем, кто с лесом был не связан.

Лесники – особые люди, это знают все, кто хотя бы раз с ними сталкивался. Тут характер требуется, слабакам и понтовщикам в лесу делать нечего. Работа на тридцатиградусном морозе опасна, что и говорить, и требует не только бесстрашия, но и основательности, неспешности, умения жить и действовать с оглядкой, понимания, что всех денег не заработаешь. Да и с лесом нужно быть на «ты». На одном языке разговаривать. Ермолаев, к примеру, лесным языком владел в совершенстве. Один из его конкурентов, теперь уже бывший, всерьез считал, что ему черт люльку качал, а лесные духи в делах помогают. Что с дурака взять? Упокой господи его душу.

Впервые за руль трактора, работающего в лесу, Глеб сел, когда ему и четырнадцати не стукнуло. И спустя месяц управлялся с объемом работ ничуть не хуже вечно пьяных тридцатилетних «напарников», а даже и лучше, потому что был, в отличие от них, совершенно трезв и сосредоточен. Это помогало уходить на том же тракторе от полицейской погони, бросив технику в лесу. Однажды, чтобы не быть пойманным, он даже загнал свой трактор в болото. Спустя три дня его четырьмя бригадами вытаскивали. На тот момент уже его бригадами. И было ему тогда двадцать два. Надо же, почти двадцать пять лет прошло, а кажется, вчера это было.

В те времена Глеб Ермолаев слыл одним из самых известных в области черных лесорубов.