Поменяемся?

Воодушевившись похвалой, я массирую увереннее, копируя движения тайских массажисток: растираю, чтобы согреть, постукиваю, чтобы привести в тонус, поглаживаю, чтобы расслабить.

Я приподнимаюсь, собираясь освободить его бедра, но застываю, ощутив хватку на своей голени.

Открываю рот, чтобы отпустить очередную шутку, но не могу выдавить ни звука.

Продолжая удерживать меня за ногу, Рафаэль медленно перекатывается на спину. Его ладони перемещаются мне на бёдра и надавливают, подталкивая к себе.

Я не нахожу сил сопротивляться и послушно нависаю над его лицом. Наши взгляды встречаются, дыхание сплетается в одно. Кровь тугой волной приливает к вискам, по телу проносится дрожь предвкушения. Мы вновь балансируем на грани, но на этот раз я, кажется, готова провалиться. Уж слишком настойчиво эрекция Рафаэля давит на шов джинсов, и слишком сильно я возбуждена. Массаж был очень плохой идеей. Гребаная тантра…

Давление его ладоней прожигает кожу даже через плотную вязку кардигана, заставляя наклоняться всё ниже. Губы Рафаэля всего в десятке сантиметров от моих, пальцы ныряют мне в волосы, жадно тянут, заставляя беззвучно охнуть.

— Хочешь? — Он сверлит меня требовательным взглядом.

Я молча киваю, и в следующую секунду сгустившийся воздух разрезает звук знакомой мелодии. Дёрнувшись, я упираюсь руками в грудь Рафаэля, возвращая себе своё дыхание. Господи, что я творю? Для чего встаю на одни и те же грабли снова и снова?!

Рианна продолжает воодушевлённо петь. Её «Бриллианты» стоят у меня на Витю.

— Извини, — сиплю я, неуклюже соскальзывая с его бедер. — Нужно ответить.

Рафаэль не пытается меня удерживать: молча перекатывается на бок и садится. Плохо соображая от волнения и стыда, я шарю ладонью по скомканному покрывалу в поисках надрывающегося телефона. Никто и никогда не бесил меня так, как в этот момент Рианна.

— Алло, — выпаливаю я, плотно прижав динамик к уху. — Привет, малыш! Как дела?

— Привет, — слышится немного растерянный голос Вити. — А ты чего такая взбудораженная?

— Я? — Потерев лоб, я начинаю нервно расхаживать по номеру. — Я не взбудораженная. Нормальная вроде…

— Я же слышу. — Теперь его тон сочится подозрением. — Как будто запыхалась. Бежала откуда-то?

— Я? Нет… Я сейчас в номере.

— Рафаэль… — Задохнувшись от бешеного толчка сердца, я ищу глазами голую спину. — Он тоже здесь, неподалеку.

— Мы… играли в карты, — признаюсь я с запинкой.

Это такой обман психики: кажется, чем больше ты скажешь правды, тем менее значительной будет казаться последующая ложь.

— Даже так? — саркастично хмыкает Витя. — Вы, как я посмотрю, не скучаете.

Почувствовав на себе тяжелый взгляд Рафаэля, я резко отворачиваюсь и несусь к входной двери. Не могу при нем разговаривать.