Горькая полынь моей памяти

Дверь кабинета резко открылась, кровь схлынула от лица Каримы, даже не видя себя со стороны, она была уверена, что стала зелёного цвета, руки и ноги поледенели, глаза расширились от ужаса. Она приоткрыла рот в немом крике и сжалась в ожидании хлёсткого удара.

– Карима? – отец выглядел удивлённым, но не злым. – Ты чего здесь?

– Ма-ма-ма, – «мамочки» хотела пропищать девушка, но от страха не могла произнести ни звука, кроме бессмысленных: «ма», «ма», «ма».

– Мама зовёт? – отец покосился на Равиля, потом на дочь, снова на Равиля, качнул головой, как бы соглашаясь с чем-то, и отступил в сторону, пропуская вперёд Кариму, давая понять, чтобы шла на кухню. – Передай маме – мы сейчас.

Карима сделала два шага, запнулась, её швырнуло об стену, поймал её отец, поднял на руки и быстро усадил на скамью в конце коридора."

"– Сейчас маму позову, – обеспокоенно проговорил он и быстрым шагом отправился к жене, а Карима сжалась то ли от ставшего привычным за сутки страха, то ли от жёсткого взгляда Юнусова, то ли от всего и сразу.

– Я ничего не рассказал твоему отцу, – спокойно сказал Равиль, садясь рядом, на мгновение Кариме показалось, что он хотел сесть на корточки, как с Леной, но голые ноги девушки остановили его. Он бы просто уставился на них, а ещё на грудь. Она тут же отмахнулась от этой мысли. – И не расскажу, – добавил он твёрдо.

– Почему? – пискнула Карима.

– Потому что, нечего рассказывать. Но за это ты ответишь мне на один вопрос.

– Какой? – вскинулась Карима.

– Потом, – быстро проговорил Юнусов, в проёме появилась обеспокоенная мама. – Ничего страшного, не трясись, - он улыбнулся и сжал ладонью девичье предплечье, чуть выше запястья. Жест вовсе не интимный, но девушка вспыхнула.

Ужинала Карима в своей комнате, позже услышала, как мама выговаривала отцу в спальне, что зря он отдал дочерей в лицей, да ещё физико-математический. Что надо Кариму забирать, пусть идёт в кулинарный колледж, хоть польза будет. А так – света белого не видит девочка, совсем доканала эта зубрёжка, а сейчас самое формирование женского организма. Вон, уже и дни женские стали болезненные, в обмороки падает! Алгебра за неё рожать будет или физика спасёт, когда муж бездетную из дома выгонит? Да и самой ей, каково будет?

глава 15

Дамир. Прошлое. Поволжье

Дамир приехал домой утром, вернее – ближе к полудню. Мама сортировала огурцы, сидя в тени внутреннего двора. Рядом, на низкой скамейке, устроилась эби, она занималась тем же. Карима с Алсу намывали банки, ныряя узкими кистями рук в горлышко.

– Ц-ц-ц-ц-ц, – всё, чем прокомментировала эби появление внука, Дамир невольно улыбнулся и сел рядом, кивая матери и сёстрам. – Хоть бы дома появлялся, - она потрепала по макушке старшего внука и сунула ему в руки мытый огурец. – Попробуй, сладкий.