Солнце полуночи

Нас трясло и бросало на каменистой дороге, по которой я вел джип так быстро, как только осмеливался, не рискуя перевернуться, но меня не покидало ощущение, что эту гонку я проигрываю.

Пока Элис продолжала поиски в будущем – видения опять показали нам слепящий солнечный свет: с какой стати мы выбрали бы место, где были вынуждены сидеть в четырех стенах? – я сосредоточился на дороге. Наконец мы выехали на шоссе, и я сразу горько пожалел, что мы не на какой-нибудь другой машине, – какой угодно, моей, Роз, Карлайла. Джип не предназначался для гонок. Но делать было нечего.

Я смутно сознавал, что разражаюсь потоками невнятной брани, но собственный голос казался мне далеким и словно не подчиняющимся мне.

Кроме этих звуков, слышался только рев двигателя, шорох шин по мокрому шоссе, неровное дыхание Беллы на заднем сиденье и торопливое биение ее сердца.

Элис видела номер какого-то отеля, который мог находиться где угодно. Шторы в номере были задернуты.

– Куда мы едем?

Вопрос Беллы прозвучал тоже словно издалека. Мои мысли застряли в видениях Элис или застыли от ужаса, поэтому я не мог придумать, что ответить. Как будто вопрос относился не ко мне.

Первый вопрос она задала дрожащим шепотом. Но теперь ее голос окреп.

– Черт побери, Эдвард! Куда ты меня везешь?

Я вырвался из путаницы вариантов будущего в мыслях Элис и вернулся к настоящему. Белла наверняка напугана.

– Тебя надо увезти подальше отсюда, как можно дальше и немедленно, – объяснил я.

Мне казалось, возможность очутиться как можно дальше будет воспринята с радостью, но Белла вдруг закричала и задергала ремни, пытаясь высвободиться:

– Поворачивай обратно! Отвези меня домой!

Как объяснить, что дом для нее пока потерян и что гнусный охотник уже отнял у нее сегодня не только дом?

Но прежде всего требовалось позаботиться, чтобы она не выскочила из джипа.

Эмметт уже соображал, стоит ли сдерживать ее. Я позвал его по имени, жестким и низким голосом, чтобы он понял, что я этого хочу. Он осторожно поймал ее запястья огромными лапищами и лишил ее возможности двигать руками.

– Нет! Эдвард! Нет, – завопила она мне, – так нельзя!

Я не знал, чего, по ее мнению, я добиваюсь. Но неужели она считала, что у меня есть выбор? Гнев и отчаяние в ее голосе мешали мне сосредоточиться. Казалось, боль ей причиняю я, а не угроза со стороны следопыта.

– Так надо, Белла, – шипел я, – пожалуйста, успокойся.

Мне требовалось увидеть то, что видела Элис.

– Ни за что! – кричала Белла. – Отвези меня обратно – Чарли обратится в ФБР! Всю твою семью арестуют, и Карлайла, и Эсме! Им придется уехать и прятаться всю жизнь!

Так вот, значит, что ее тревожило? Не стоило мне удивляться тому, что она так мучается не по той причине, по которой следовало бы.

– Успокойся, Белла.