Солнце полуночи

Хотя я и не включал радио, она ритмично постукивала по полу пикапа ступнями.

Я свернул на подъездную дорожку к дому, и она села прямее, и ее колено задрожало в такт ступням. Она так крепко прижала пальцы к оконной раме, что их кончики побелели.

Дорожка все змеилась между деревьями, и Белла начала хмуриться. И действительно, на первый взгляд казалось, что мы едем куда-то в отдаленное и безлюдное место вроде того луга. Между бровями Беллы возникла тревожная складочка.

Протянув руку, я коснулся ее плеча, она ответила мне натянутой улыбкой и снова отвернулась к окну."

"Наконец дорожка вывела нас из леса на лужайку. Поскольку ее затеняли ветвями вековые кедры, перемена не бросалась в глаза.

Странно было смотреть на знакомый дом и пытаться представить, каким он видится в первый раз. У Эсме превосходный вкус, поэтому я знал, что дом по любым меркам красив. Но увидит ли Белла строение, застрявшее во времени, принадлежащее к другой эпохе, но явно новое и крепкое? Как будто мы отправились за ним в прошлое, а не оно само старело, дожидаясь нас?

– Вот это да… – выдохнула она.

Я заглушил двигатель, и наступившая тишина усилила впечатление совсем другого исторического периода.

– Нравится? – спросил я.

Она взглянула на меня краем глаза и снова засмотрелась на дом.

– В нем есть… свой шарм.

Я рассмеялся, дернул ее за хвост и выскочил из машины. Не прошло и секунды, как я уже открывал дверцу с ее стороны.

– Готова?

– Ни капельки. – Она словно задохнулась от смеха. – Идем.

Она провела ладонью по волосам, проверяя, не растрепались ли они.

– Ты чудесно выглядишь, – заверил я и взял ее за руку.

Ее ладонь была влажной и не такой теплой, как обычно. Я поводил по ней большим пальцем, пытаясь без слов донести мысль, что ей ничто не угрожает и все будет замечательно.

Ближе к веранде она замедлила шаги, ее рука задрожала.

Промедление лишь продлило бы ее беспокойство. Я распахнул дверь, уже зная, что ждет за ней.

Родители стояли именно там, где я видел их мысленным взглядом, а Элис – в видениях: в нескольких шагах от двери, чтобы не давить на Беллу своим присутствием. Эсме нервничала не меньше Беллы, но для первой из них это означало полную неподвижность. Карлайл успокаивающе обнимал ее за талию. Непринужденное общение с людьми было ему привычно, но Эсме заметно робела. Ей редко случалось появляться в мире смертных. Домоседка до мозга костей, она довольствовалась той частицей мира, которую в случае необходимости приносили ей мы, остальные.

Взгляд Беллы блуждал по комнате, отмечая обстановку. Она держалась немного позади меня, будто прикрывалась мной, как щитом. У себя дома я невольно расслабился и видел, что Белла, напротив, напряглась. Я пожал ей руку.