Солнце полуночи

 – Я услышал в своем голосе внезапный мрачный оттенок. В любом случае на охоту пришлось бы выкроить время. Необходимость этой экспедиции вызывала досаду и стыд. Но я не собирался врать о ней.

– Если завтра мы с тобой останемся наедине, я намерен заранее принять все меры, какие только можно. – Я вгляделся в ее глаза, гадая, видит ли она в моих страх. Видение Элис было сильнее моего самообладания. – Знаешь, ты ведь можешь в любой момент отменить поездку.

«Пожалуйста, уходи. И не оглядывайся».

Она опустила глаза, ее лицо побледнело сильнее обычного. Неужели до нее наконец дошло? Видение Элис потеряет всякую силу, если Белла сейчас просто скажет, чтобы я оставил ее в покое. Я знал, что смогу, если об этом попросит она. Мое сердце было готово разорваться надвое.

– Нет, – шепнула она, и сердце у меня снова защемило, но уже по-другому. От предчувствия еще более страшной развязки. Белла подняла на меня глаза. – Не могу.

– Пожалуй, ты права, – прошептал я. Может, она и впрямь не в состоянии, как и я.

Она подалась ко мне, прищурилась – кажется, с беспокойством.

– В какое время встречаемся завтра?

Я сделал глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки, стряхнуть чувство обреченности. И заставил себя сменить тон на легкий и небрежный:

– Там видно будет… суббота же, неужели не хочешь отоспаться?

– Нет, – мгновенно выпалила она.

Мне захотелось улыбнуться.

– Значит, в обычное время. Чарли будет дома?

Она усмехнулась:

– Нет, завтра у него рыбалка. – Довольна она была настолько же, насколько ее отношение рассердило меня. Почему она так твердо вознамерилась целиком и полностью сдаться на мою милость – во власть худшего, что только есть во мне?"

"– А что он подумает, – сквозь зубы спросил я, – если не застанет тебя дома?

Ее лицо осталось невозмутимым.

– Понятия не имею. Он знает, что я собираюсь заняться стиркой. Может, решит, что я свалилась в стиральную машину.

Я возмущенно уставился на нее – шутка показалась мне нисколько не смешной. Она в ответ тоже нахмурилась, но ее лицо тут же разгладилось.

Она сменила тему:

– На кого сегодня охотитесь?

Так странно. С одной стороны, она, похоже, вообще не придает значения опасности. С другой – преспокойно принимает самые уродливые стороны моей жизни.

– Кто попадется в заповеднике. Далеко мы не поедем.

– А почему ты едешь с Элис?

Элис внимательно слушала.

Я нахмурился:

– Элис – самая… отзывчивая.

Я был бы не прочь сказать и кое-что другое, пусть Элис послушает, но эти слова только смутили бы Беллу.

– А остальные? – почти прошептала она с беспокойством, вытеснившим недавнее любопытство. – Какие они?

Она ужаснулась бы, узнав, с какой легкостью все они способны услышать этот шепот.

И на этот вопрос можно было ответить по-разному.