Корона полуночи

 — Что, надоело бегать от судьбы?

— Хочу кое о чем тебя спросить.

Ведьма принюхалась, и Селена подавила инстинктивное желание попятиться назад.

— От тебя так и разит вопросами. А еще Оленьими горами. Из Террасена будешь? Звать тебя как?

— Лилиана Гордэна, — ответила Селена, засовывая руки в карманы.

Ведьма сплюнула на землю.

— Ты назови мне свое настоящее имя… Лилиана.

Селена оцепенела, а Желтоногая зашлась смехом:

— Давай входи. Хочешь узнать свою судьбу? Могу рассказать, за кого ты выйдешь, сколько детей у тебя будет и когда помрешь…

— Если ты настоящая ведьма, а не балаганная шарлатанка, то ты прекрасно знаешь, что меня это не занимает. Я пришла с тобой поговорить.

Селена вытащила три золотые монеты.

— Негусто, — сказала Желтоногая, глубоко затягиваясь. — Думаешь, все мои дарования достойны, чтобы раскрыть их перед тобой?

Похоже, она впустую потратила время и деньги. Селена чувствовала себя одураченной.

Нахмурившись и поглубже запихнув руки в карманы, Селена повернулась и пошла прочь.

— Эй, постой! — окликнула ее Желтоногая.

Селена не останавливалась.

— Принц дал мне четыре монеты.

Селена остановилась, обернулась через плечо. Ей показалось, что холодная когтистая рука схватила ее прямо за сердце.

— У него тоже были диковинные вопросы, — ухмыляясь, сообщила ведьма. — Он думал, будто я не раскушу, кто ко мне явился. Но я издалека чую кровь Хавильяров. Семь золотых, и я отвечу на твои вопросы, а заодно расскажу, о чем спрашивал принц.

Старуха готова продать вопросы Дорина ей и кому угодно? Селена ощутила знакомое спокойствие.

— Откуда мне знать, что ты не врешь?

В свете факелов блеснули железные зубы Желтоногой.

— Не в моих правилах врать. Меня еще никто не уличал во вранье. Может, хочешь, чтобы я поклялась именем одного из твоих мягкосердечных богов? Или именем кого-то из моих?

Селена быстро заплела волосы в косу, оглядывая черную повозку. Одна дверь. Фальшивых стен вроде тоже нет. Старуха не улизнет, а со двора никто не зайдет незамеченным. Селена явилась сюда не с пустыми руками. Два длинных кинжала, нож за голенищем и три острые булавки, которые она стащила у Фалипы. Более чем достаточно.

— С тебя хватит и шести золотых, — тихо сказала ведьме Селена. — А я, в свою очередь, не сообщу страже, что ты пыталась продать тайны принца.

— Кто тебе сказал, что гвардейцы сами не захотят их узнать? Ты даже не представляешь, сколько народу умирает от желания узнать истинные замыслы наследного принца.

Селена бросила на пол шесть золотых.

— Три монеты — плата за мои вопросы, — сказала она, почти вплотную придвигаясь к старухе. Почти, поскольку изо рта Желтоногой исходило редкостное зловоние — нечто вроде запаха падали и застоялого дыма. — Остальные три — за твое молчание насчет принца.