Полночный вальс

У Джона вовсе не было желания сидеть, дожидаясь, пока Спенсер пустит пулю ему в спину. Он сойдет с ума, дожидаясь первого шага противника. Поэтому следовало обдумать план действий. Мысль о постоянной настороженности и опасениях вызывала у Джона отвращение, ему было проще предпринять лобовую атаку и встретиться со Спенсером лично.

Разумеется, для этого требовалось знать, где он обретается. Джон не сомневался, что получить такие сведения не составит труда. В Лондоне слухи распространялись с неимоверной быстротой даже до начала светского сезона, а Спенсер происходил из достаточно почтенного семейства, чтобы его появление не осталось незамеченным. Следовательно, требовалось лишь кое-кого расспросить.

Удалившись в библиотеку, Джон немедленно написал Алексу записку, прося его о помощи. Ответ пришел спустя двадцать минут.

"Спенсер снял квартиру в доме номер 14, на Беллами-Лейн. Он вернулся в Лондон под настоящим именем и встретил весьма прохладный прием. Его появление в Англии в разгар войны было воспринято как дезертирство. С тех пор его положение улучшилось, но ненамного.

Ему нечего рассчитывать на многочисленные приглашения, но для него не составит труда появиться на больших приемах и балах. Еще бы, ведь у него правильный выговор, и он умеет одеваться. Вам с Белл следует быть настороже.

Прошу, держи меня в курсе своих планов. Эшбурн".

Задень Алекс успел о многом разузнать. Джон восхищенно покачал головой и взялся за перо. После нескольких неудачных попыток он решил, что лучшее – это простота, и составил записку следующего содержания:

«Спенсер, насколько я понимаю, ты в Лондоне. Нам есть о чем поговорить. Не будешь ли ты любезен зайти к нам на чай? Я остановился в доме моих родственников на Гросвенор-сквер. Блэквуд».

Джон отправил записку с посыльным, приказав ему дождаться ответа, а затем отправился на поиски Белл.

Джон еще не разобрался в расположении комнат этого огромного особняка. Он испытывал некоторую неловкость, бродя по чужому дому, особенно из-за того, что его владельцы еще развлекались в Италии и не подозревали, что он только что женился на их единственной дочери. Эта ситуация только придала ему решимости объясниться со Спенсером. Он пять лет копил деньги на собственный дом, а теперь даже не мог привести туда жену.

Если бы не вчерашняя свадьба, Джон пребывал бы в отвратительном расположении духа.

Наконец он разыскал Белл в гостиной – она дремала, прикорнув на диване. Джон улыбнулся, решив, что она заслужила этот отдых. Он и впрямь сделал все возможное, лишь бы не дать ей заснуть прошлой ночью. Не желая тревожить Белл, он на цыпочках вышел из гостиной и направился в библиотеку, где устроился в кресле с экземпляром «Пылкого странника».