Полночный соблазн

Приняв ее тихий тон за покорность, отец приблизился и коснулся ее руки.

– Малышка, я понимаю, будущий брак пугает тебя. Это нормально. Но ради себя самой, подумай над предложением лорда Невилла. Уверен, если он и был несколько… несдержанным, то уже сегодня раскаялся в этом. Это твоя недоступность и невинность сделали его таким… порывистым.

Щеки Дженевив вспыхнули. С прошлой ночи она точно не была невинной.

– Отец, лорд Невилл был не просто несдержанным. Он хотел меня изнасиловать. И я не смогу забыть этого, какие бы аргументы ты ни приводил. Я не выйду за него замуж лишь для того, чтобы тебе жилось комфортно. – Она помолчала, а затем решилась: – И больше не буду работать вместе с тобой. Отныне мои труды – только мои труды.

Отец отдернул руку, словно обжегся.

– Что? Какие еще твои труды? Ты всего лишь мой помощник!

Дженевив уставилась на отца. Утренний свет, проникавший в окно, ложился на его изборожденное морщинами лицо. Он выглядел возмущенным и совершенно уверенным в себе. Похоже, ему и в голову не приходило, что дочь заявила свои права всерьез.

За последние пять лет викарий не написал ни единого слова. Даже сопроводительные письма за него писала Дженевив. Он так привык пользоваться ее преданностью и доверчивостью, что стал забывать, что за доброту надо платить добротой.

Как же теперь она радовалась, что не доверила отцу правду о своих недавних исследованиях! Теперь уже никакое чувство долга не заставит ее отозвать будущую статью о семейной реликвии Хармзуортов из печати. Публикация исследований заставит научный мир считаться с ней.

– Я была не только помощницей, – тихо произнесла Дженевив.

– Несколько лет назад лорд Невилл пришел ко мне и просил твоей руки. Я слишком долго ждал. Надо было выдать тебя за него еще тогда, когда ты не была такой строптивой. Ты научилась дерзить, Дженевив. Забыла, чем обязана лорду Невиллу.

Девушка поняла: отец яростно защищает свой уютный мирок, в котором ему отлично жилось за чужой счет. Он считает ее вполне допустимой жертвой во имя своего комфортного существования.

Ну уж нет! Она скорее умрет, чем выйдет замуж за лорда Невилла Фэрбродера!

Ричард проснулся и сразу почувствовал запах конского навоза. Ложе под ним было слишком твердым, над ним тянулись длинные деревянные балки. Он поморгал, глядя вверх, и попытался сообразить, где находится.

Конюшня викария… Ну конечно! Опасаясь оставить Дженевив без защиты, он уснул возле стойла, подложив под голову плащ.

Повозившись, Ричард стряхнул с себя солому.

– Кто здесь? – раздался испуганный женский голос.

Только тут Ричард понял, что именно его разбудило. Женский плач.

Приподнявшись, он вытянул шею. У дальней стены стояла Дженевив, закрыв рукавом лицо. Он тотчас вскочил на ноги.