Полночная страсть

Издав сдавленный возглас протеста, Антония попыталась оттолкнуть Рейнло. Но маркиз и не подумал отступить, на этот раз он намеревался взять верх. Казалось, она сражается с громадной, согретой солнцем скалой.

Антонию захлестнул ужас. Она вдруг поняла, что, возможно, упустила свой шанс спастись. Если продолжать бороться, Рейнло остановится, отчаянно твердила себе Антония. Едва ли он захочет взять ее силой — для этого нужно быть законченным подлецом.

И все же даже сейчас, когда настойчивость Рейнло граничила с оскорблением, Антонию неудержимо влекло к нему. Необузданная страсть маркиза отзывалось в ней жаркой волной желания. Коварный голос нашептывал ей, что, если она уступит, в этом не будет ее вины. Ведь Рейнло не дал ей возможности бежать.

Заглушив в себе этот предательский лукавый голосок, Антония снова попробовала оттолкнуть маркиза. Никогда прежде Рейнло не казался ей таким огромным, мощным, несокрушимым. Он еще теснее прижался к ней, не обращая внимания на ее сопротивление. Притиснутая к стволу дерева, она едва могла вздохнуть. А возможно, задыхалась от желания.

Чувствуя, что силы оставляют ее, она не удержалась и ответила на поцелуй.

Язык ее скользнул в глубину рта Рейнло, коснулся нёба, легко пробежал по зубам и задержался на губах. Восхитительных губах, полных и чувственных. О, Рейнло мог бы соблазнить ее одними лишь своими губами.

Должно быть, именно это он и делал. Его руки, сжимавшие ствол дерева, оставались неподвижны.

С глухим стоном Рейнло прервал поцелуй и поднял голову. В его глазах читалось желание, но Антония готова была поклясться: в них таилось и иное, куда более сложное чувство.

— Что случилось? — дрожащим голосом спросила она. Ее сердце сжалось от страха и отчаяния. — Что-то не так?

— Нет, ничего.

Рейнло посмотрел на нее из-под тяжелых век. На щеке его дергался мускул. Сверкающие глаза и покрытое синяками лицо придавали ему дьявольское очарование. Его голос понизился до обольстительного шепота.

— Перестаньте сражаться со мной. Мы оба хотим одного и того же.

Антония вздрогнула как от удара. Ее охватило смятение, замешательство.

— Почему вы сердитесь? Что я сделала?

— В первый раз вы заговорили как глупенькая девственница, Антония. Вы вели захватывающую игру, но пришло время расплаты."

"— Ни за что, — выдохнула Антония, но, прижатая к дереву, не могла размахнуться, чтобы влепить негодяю пощечину, чего ей больше всего хотелось.

Тихий смех маркиза отозвался в ее теле волной дрожи, пьянящей словно игристое вино. Так бывало всегда. В следующее мгновение Рейнло легко перехватил ее руки. Антония изогнулась, пытаясь ударить его коленом, но маркиз одним ловким движением парировал удар.

— Нет, милая. Вы достаточно успели натворить, — сказал он, сжав ее в объятиях.