Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Полночь

– Сэль, – они возвращались длинными каменными коридорами, и Луиза старалась говорить спокойно, – если Бергмарк не королевство, это еще не значит, что можно нарушать этикет. Маркграфиня к тебе не обращалась.

– Прости, мама, – в незабудковых глазищах светилось честное раскаянье, – но ведь тебе сказали лежать. Доктор…

– Не понимает ни кошки! Сэль, тебе нравится Проэмперадор?

– Очень. – Ни заминки, ни опущенных глаз, ни румянца. Так признаются в любви к варенью. – Он что-нибудь придумает. У него в Олларии мама, он ее не оставит… Ох… Я даже не знаю, как тебе сказать…

– Уж говори как есть. – Святая Октавия, ну что с тобой такой делать?! Только замуж за умницу с большой шпагой.

– Ты не волнуйся… Это не про Герарда и не от… господина Креденьи… Мама, не смотри так! Со мной все хорошо!

– Тогда с чего слезы? – буркнула ничего не понимающая капитанша. Что дочка темнит, было ясно еще вчера, но Луиза грешила на Зою, с которой Сэль и раньше вступала в заговор.

– Я… Давай когда придем. Я кошачьего корня заварю.

– Не нужно. От него спишь на ходу, а нам через час выезжать. Что все-таки стряслось?

– Я рассказала Проэмперадору про Циллу. Я говорила, что лучше бы ты сама. Он все равно к тебе приходил…

– Мне надо было лежать.

– Значит, доктор прав? Тебе нельзя ехать! Давай я! Савиньяк – очень добрый человек… как ее величество, только мужчина… И очень хорошо к нам относится.

– Проэмперадор – человек в самом деле хороший, – подбросила поленце на пробу Луиза. – Жаль, несладко ему сейчас: и война, и мать в Олларии.

С войной черноокий красавец как-нибудь да совладает, а вот с четырьмя бабами, одна из которых мертвая, причем с Зоей проще всего…

– Мама, тебе лучше остаться.

– Не говори глупостей. Ты мне что-то хотела рассказать.

– Ее… величество… Граф Литенкетте… Он…

Еще один красивый граф, но этот-то каким боком?

– Нет, это не мне кошачий корень нужен, а тебе! Давай отложим до вечера. На привале…

– Ее величество убили, – прошептала Селина. – Ричард… Кинжалом. Он его всегда с собой носил…

– Святая Октавия! – Луиза уставилась на дочь, не веря собственным ушам. – Катарина же умерла родами…

– Так объявили, чтоб не стало… как в Октавианскую ночь, а на самом деле это Ричард. Помнишь, Литенкетте писал, что ничего не случилось бы, если б мы не уехали? Мы думали, он это так… с горя… Ведь ты не доктор, что бы ты могла?

– Люди часто после беды думают, что могло быть иначе.

– Мама, но ведь могло! Ты бы заметила, что Дженнифер сняла с колокольчика язычок. Все вышло из-за нее.

– Это тебе Савиньяк рассказал?

– Да, – подтвердила Селина. – Ричард еще и Розалин убил… Чтобы не позвала на помощь, а сам сбежал. Маршал думает, что в Гаунау, а их король будет нас спрашивать про Надор и про Зою.