Так точно, товарищ полковник, или влюблённая поневоле

А мне же интересно!

Взгляды всего семейства скрещиваются на мне, а я в замешательстве гляжу на Полкана. Он смотрит на меня немного виновато, его мать с любопытством, а отец — спокойно, но в углах рта как будто прячется улыбка — видимо, Игорь Семёнович с юмором относится ко всему происходящему."

"— Ну… — я откладываю вилку, — мы вообще-то очень давно знакомы.

— Давно? — тётя Таня недоумённо хмурится.

— Мам, ты же сама спросила, а теперь перебиваешь, — мужчина сжимает мою руку под столом, косится на меня. Мог бы и предупредить, как оно всё будет. Знал ведь, какая у него активная мама — но ничего не сказал. Ну пусть теперь не жалуется.

— Да, давно, — улыбаюсь. — И не сразу… э-э-э… нашли общий язык.

— Этому я как раз не удивляюсь, — улыбается тётя Таня. — С этим у него с детства проблемы. Ой, ты не представляешь, что он творил, когда…

— Мама! — перебивает её Полкан, и я прячу улыбку, заметив, что у него покраснели уши. — Давай пожалуйста без детских воспоминаний!

— Ты же мне сам рассказывал, — говорю ему, — как взрывал стоматологический кабинет.

Тётя Таня фыркает.

— Это ещё были цветочки! Ладно, молчу, молчу, — поднимает руки, ловя возмущённый взгляд сына. — Ну хорошо, Алиночка, а всё-таки, как у вас завязались отношения?

Понимаю, что от меня не отстанут. Ну, вроде бы родители Полкана — люди адекватные… Надеюсь, нормально воспримут.

— Если в двух словах — у нас состоялся неприятный разговор, я треснула его свадебным букетом, а на следующую встречу явилась с топором — и он взял меня на работу.

Полкан давится салатом, тётя Таня ахает и разражается хохотом. Только Игорь Семёнович удовлетворённо кивает чему-то и обращается ко мне:

— Чувство юмора вам понадобится, дорогая моя! Иначе с ним рядом точно не выдержать.

— И ты туда же, пап, — Полкан, ещё толком не отдышавшись, укоризненно смотрит на отца.

— Полкаш, выпей водички, — мама, утирая слёзы, протягивает ему стакан. — Милая, насчёт букета я не удивлена, меня и саму время от времени подмывает ему как следует треснуть, но топор-то…

— Кстати, а где он? — поворачиваюсь к мужчине, красному то ли от нехватки воздуха, то ли ещё от чего-то.

— Хочешь забрать обратно? — он угрожающе прищуривается.

— Нет-нет, даже не собиралась, — говорю, прикусив губу, и слегка ёрзаю на стуле.

Что-то у меня есть подозрение, что все сегодняшние слова мне припомнят в ближайшее время.

— А дальше? — тётя Таня смотрит на меня с улыбкой.

— Дальше, — вздыхаю. Ладно, сгорел сарай, гори и хата, скажу как есть. — Дальше… Сначала он вытащил меня к стоматологу, потом из-под подозреваемого, затем из ночного клуба. И пригрозил, что пристегнёт к себе наручниками, чтобы больше никуда не вляпалась, — мило улыбаюсь.

— Этим я тебе не грозил, — качает головой Полкан.