Полюбить врага (СИ)

Сосредоточив на мне тяжелый, пробивающий взгляд исподлобья, охранник едва заметно качнул головой, словно говоря: что же ты наделала, девчонка…

– Ну, чего стоите как замороженные?! Зовите хозяина! – прогремел бодрый приказ Николай Астахов. – Пусть выходит встречать гостей.

Однако звать хозяина дома не пришлось.

Я едва услышала шаги на втором этаже и сразу поняла, почувствовала – это он. Поэтому не могла заставить себя поднять глаза. Только обостренным слухом отслеживала, как мерный стук дошел до лестницы и начал раздаваться на ступенях.

Стало тяжело дышать. Упрямо глядя себе под ноги, я стойко терпела боль в мышцах, которые уже буквально немели от напряжения. Но когда дорогие ботинки застучали по паркету, главарь внезапно оказался рядом, схватил меня пятерней за подбородок и дернул его верх.

– Глянь, что я для тебя приготовил! – с оскалом проговорил Астахов-старший, словно ему было мерзко даже прикасаться ко мне. – Узнаешь это милое личико?

Едва затянувшаяся ранка на губе треснула от нажима мужских пальцев и соль во рту смешалась с кровью. Лихорадочно покосившись в сторону, я все-таки сделала это… Посмотрела на Вадима. Встретилась прямо с его голубыми глазами, которые порезали меня отблеском стали и мощный удар сердца лишил легкие воздуха.

Он стоял возле лестницы, гордо и уверенно вскинув голову. Элегантный, мощный и угрожающий красивый… Пелена слез быстро размазала силуэт, но я заметила малейшие изменения в его внешности. Прическа стала короче, а вот щетина превратилась в бороду.

Главарь отцепились от моего лица, и я пристыженно опустила голову. Обнимая напряженными руками живот, все вздрагивала как осиновый лист на ветру, сетуя на то, как унизительно выгляжу. Растрепанная, в мятом и грязном коричневом платье, заметно пополневшая, измученная, побитая…

– Однажды, ты сказал, что у тебя все под контролем, – холодно заговорил отец Вадима. – И я тебе поверил, сын. Но теперь ты должен признать, что просчитался. Дал этой девице провести себя и вот… итог.

Он выбросил руку в направлении моего живота. Затем с упоением поделился:

– Сука хорошо пряталась, но я ее нашел. «Мертвую» из-под земли достал, пока ты занимался своими делами!

Вадим молчал. Он не выглядел растерянным, сбитым с толку или виноватым, но молчал! Задумчиво, смотрел на меня, хищным взглядом обводил присутствующих и внимательно слушал отца.

– Что ж… – Внезапно Астахов-старший достал пистолет. Большой элитный ствол, с которым не спеша направился к сыну. – Ты совершил ошибку. И настало время ее исправлять.

Оглушающий пульс забил по вискам. Вадим опустил ледяной взгляд на оружие, который главарь демонстративно протянул, и вдруг стальным тоном отрезал:

– Я не устраиваю казни в своем доме.

Но Николай Астахов не отступил.

– Я знаю, сын.