Полюса притяжения

— Вот это да… Такая мощь от них прет! Они сами кайфуют от того, что делают, — восторженно кричит Шахина приплясывающей в наэлектризованной разношерстной толпе подруге. — Солистка — просто петарда!

— А что означает это слово?

— А-а-а, — заливисто смеется Ксенечка. — Дребедень, ерунда, фигня…

— Слушай, ну это же лучше всяких курсов, — на выдохе кричит Янка.

Вместе хохочут. Танцуют и подпевают.

— Как же, должно быть, офигенно — стоять там! — кричит Янка подруге, не особо заботясь, разбирает ли та в шуме ударных нот смысл сказанного. Эти слова просто выходят из нее на пике воодушевления. — Сцена. Свет софитов. Внимание и эмоции такого количества людей! Потрясающе!

На кураже эмоций после концерта набивает Рагнарину сообщение.

Он ничего не отвечает, хотя прочитывает сообщение в течение минуты. А еще через пять — перезванивает.

— Да, где ты находишься?

— Мы с Ксенечкой по набережной гуляем.

— Значит, вопрос с отцом решен?

Не успевает Шахина мысленно укорить себя за изворотливость, как Рагнарин информирует:

— Жди. Сейчас приеду за тобой.

Едва до нее доходит смысл сказанного, вопит, не сдерживая радости.

— Ты в Москве? Москве? Москве?

— Полтора часа назад приземлился. Не хотел тебя беспокоить. Думал, спишь уже.

— Вау-вау-вау! Мой Денисочка вернулся, — последнее Яна уже не ему, а подруге своей вещает.

Высота ее голоса заметно снижается, но звучит все равно достаточно громко, чтобы он услышал и инстинктивно задержал дыхание. Ни одна из его многочисленных бывших не называла Рагнарина подобным образом. Никому из них не хватало смелости, вот так вот в открытую присвоить его себе.

Не ища себе малодушных оправданий, решает, что смелость Янки вызывает у него уже не простое уважение, а определенное и вполне осознанное восхищение. И то, что именно она сказала… Это ему, как ни странно, тоже доставляет удовольствие.

— Как ты меня найдешь? — прерывисто шумит в динамике.

— Сбрось мне «точку» геолокации.

— Ок. Сейчас. Да… Тогда я отключаюсь? И жду?

— Да. Давай. Я выхожу из дома.

Никак не приноровиться к тому, что каждая новая встреча с Шахиной открывает внутри него новые территории, которые раньше за ненадобностью скрывались в темноте. Нервные окончания оголяются и искрят. Внутренности сотрясают поразительно мощные незнакомые ощущения. И все это происходит за ничтожную десятку секунд, пока Янка с радостным смехом мчится к нему навстречу.

Обнимая, прижимается лицом к его шее. Нежно трогает губами кожу. Не целует, но этого бесхитростного контакта хватает, чтобы пробить тело Рагнарина током. Планомерно выдыхая, он зарывается лицом в ее неукротимые пышные волосы. Вдыхая, заполняет легкие запахом, который по столь же невероятным причинам уже стал для него странным афродизиаком.