Покоренная судьбой

— Она никто, — слова прозвучали неправильно.

Взгляд Максимуса не дрогнул.

— Значит, Г — это она.

Я поднял палец в знак предупреждения.

— Это не может быть Крессида. У тебя нет для нее милого имени, начинающегося на Г, и это не ее день рождения. Ближайшее ласковое имя, которое ты использовал для нее, было «сучка».

Почему он не мог забить на это? Обычно я делился с ним почти всем, но о своих встречах с Гретой я не упоминал ни единым словом. Никому.

— Ты нашел себе любовницу, чтобы вынести брак с Крессидой?

Защитная нотка в моем голосе была безошибочной и очень заинтересовала Максимуса.

— У Греты сегодня день рождения.

— Грета? — в глазах Максимуса мелькнул намек на узнавание, но затем неверие стерло этот взгляд. Конечно, он бы не поверил.

Максимус уставился, ожидая шутки.

Гогот наполнил камеру. Мы с Максимусом повернулись к нашему пленнику. Он одарил меня зубастой ухмылкой.

— Как мило. Гигант Витиелло попробовал киску шлюхи Каморры.

Статический шум заполнил мои уши, в которых закипала ярость.

Я пересек комнату, прежде чем Максимус успел среагировать, вытащил нож, схватил мужчину за длинные сальные волосы, чтобы он встретил мой взгляд, и с такой силой вонзил лезвие в его живот, что я подумал, не находится ли мой кулак внутри его кишки. Я ухмыльнулся, глядя на его искаженное агонией лицо, широко раскрытые глаза и истекающий кровью рот и рывком поднял лезвие вверх, открывая рану.

Он снова толкнулся назад, но на этот раз адреналин не вернул его обратно. Отступив, я вынул нож. С всплеском часть его кишки упала на пол.

Когда я повернулся, Максимус смотрел на меня так, будто никогда раньше не видел.

— Мы должны были допросить его.

— Мы допросили и поймаем еще одного.

Я подошел к раковине и вымыл руки и нож, затем переодел рубашку. Мои брюки были черными. Никто бы не заметил на них кровь.

— Хватит пялиться, — прорычал я, когда Максимус все еще не двинулся с места. — Позови кого-нибудь, чтобы убрали этот беспорядок.

— Беспорядок, который ты устроил, потому что взбесился из-за чести Фальконе?

Я оставил его стоять в камере и направился к своей машине, черному Mercedes G-Класса.

Когда я включил двигатель, Максимус проскользнул внутрь и уселся на пассажирское сиденье.

— Бригада уборщиков уже в пути.

Я кивнул и отъехал от склада.

Я послал ему предупреждающий взгляд. К сожалению, мы были друзьями слишком долго, чтобы это имело такой эффект, как на всех остальных.

— Ты не обязан мне говорить, — пробормотал он, пожав плечами. — Я просто предположу худшее. Что ты трахнул одну из самых недоступных девушек в этой чертовой стране, и война настигнет нас очень скоро.

Я ударил кулаком по рулю, случайно попав в гудок и заставив машину передо мной свернуть.

— Не говори о ней так.

Максимус поднял одну темную бровь.