Покоренная судьбой

Она прислонилась к перилам, держась за мою голову, и ее губы разошлись в тихом стоне, когда мой язык проник между ее складок, чтобы получить мой самый первый вкус за день. Некоторое время я дразнил ее таким образом, лишь слегка касаясь ее чувствительного узелочка, но так и не дав ей того, что ей было нужно.

Я отстранился и заглянул в ее горящие похотью глаза. — Покатайся на моем лице.

Ее пальцы на перилах сжались, и она поднялась на цыпочки, мышцы ее ног напряглись, прежде чем она полностью опустила свою киску к моему жаждущему рту.

Мягкость ее киски напротив моего рта заставила меня застонать. Грета тихо застонала, когда я погладил ее пухлые губы, прежде чем раздвинуть их, желая почувствовать более глубокий вкус.

В тот момент, когда ее сладость расцвела на моем языке, мой член дернулся, и я застонал.

— Амо, — прошептала она в благоговении, как всегда, когда я поклонялся ее киске, что я делал очень часто. Мне нравилось все, когда я ел ее, ее вкус, мягкость ее складок, ее стоны, поток соков, когда она кончала.

— Мне нравится, когда ты это делаешь. Все мое тело словно разлетается на миллион кусочков от этих ощущений, но я не боюсь, потому что знаю, что ты удержишь меня вместе.

Я буду, до последнего вздоха.

Мой язык двигался быстрее, и Грета начала раскачиваться, почти как в трансе. Она отпустила поручень, балансируя на цыпочках в течение на мгновение почти зависла в воздухе, прежде чем мои руки поднялись вверх и наши пальцы сплелись. Она закрыла глаза, откинув голову назад, доверяя мне, что я поддержу ее, пока буду доставлять ей удовольствие. Она полностью расположилась на моем лице, позволяя моим губам полностью обхватить ее киску, а моему языку глубоко трахать ее. Грета выгнула спину, ее пальцы сжались на моих, и из ее тела вырвался крик, который я не ожидал услышать от такой хрупкой на вид особы. Она раскачивалась вперед-назад, и ее похоть капала на мой язык. Я с жадностью слизывал ее, пока ее качания не замедлились и в конце концов не прекратились совсем,и целовал каждый дюйм ее киски и внутренней поверхности бедер, прежде чем позволил ей прислониться спиной к перилам. Я вскочил на ноги и спустил боксеры, затем небрежно отбросил их, поднял Грету на перила и раздвинул ее ноги своими бедрами. Грета обхватила меня за плечи, ее взгляд упал на мой член, который я поглаживал вдоль ее складок. Я дразнил ее некоторое время, прежде чем вошел в нее кончиком. Она затаила дыхание, как в первые два раза, когда мы занимались сексом. Она была все еще так невероятно туга, что мне потребовалась каждая унция контроля, чтобы причинить ей как можно меньше боли, но она подталкивала меня пятками по заднице, пока я не вошел в нее полностью.

Мы оба застонали и остались в таком положении на мгновение.