Покоренная судьбой

Кто знал, что еще задумал старый ублюдок. Возможно, он и его традиционалисты были на грани восстания. Если понадобится, мы убьем всех предателей голыми руками.

Невио схватил меня за рубашку. Я сжал его руку и рывком развернул его вперед, поставив нас лицом к лицу, когда мое терпение иссякло. — Не сейчас. Не перед дверью Греты.

— Скажи мне, где Крессида, или я убью всех членов Фамилии, пока не найду ее. Эта сука умрет.

— Она моя, чтобы убить.

Невио покачал головой. — Грета бы этого не хотела.

Я поднял бровь. — И тебе не все равно? Да ладно. Ты хочешь, чтобы у нее была причина перестать любить меня. Это был бы твой шанс.

— Ты прав. Если бы это зависело от меня, ты был бы сейчас мертв. Потому что все это — твоя

гребаная вина, но Грета, похоже, заботится о тебе по какой-то нелепой причине, и пока это так, я не буду действовать против тебя. Если повезет, она возненавидит тебя, когда узнает, что твоя жена разрушила ее гребаную жизнь, и тогда все ставки будут сделаны.

Я сурово улыбнулся ему. — Спасибо, что предупредил.

— Невио прав. Это наша месть. Нам нужна твоя жена и все, кто в этом замешан. Если Фамилия хочет мира, вы доставите их нам на чертовом серебряном блюде, или мы ворвемся в Нью-Йорк и заберем их сами, но тогда вы можете пинать мир на прощание.

Невио открыл дверь в комнату Греты. На мгновение его выражение смягчилось, и это было так странно видеть на его безумном лице, что это напугало меня больше, чем его убийственный взгляд.

— Ты нужен Грете. Не знаю, что она в тебе нашла. Неужели ты хочешь осложнить отношения между вами только потому, что настаиваешь на том, чтобы самому убить эту шлюху? Если бы кто-то из наших напал на твою сестру или мать, ты и твой отец настояли бы на том, чтобы самим назначить наказание. Когда мой отец и Нино узнали о прошлом Киары, ты позволил им применить наказание. Это наша месть. Ты знаешь, что Грета не захочет, чтобы кровь твоей жены была на твоих руках. Скорее всего, она хотела бы, чтобы шлюха жила.

Я смотрел на ее спокойное лицо, понимая, что он прав. Даже после того, как Крессида забрала у Греты самое дорогое, она все равно не захочет, чтобы я ее убил. Грета была слишком добра. Новая волна жгучей ярости обрушилась на меня. Крессида не должна была трогать Грету. Речь не шла ни обо мне, ни о ее проклятом сердце. Она хотела защитить свой статус в Фамилии. Она зашла слишком далеко.

Римо ничего не сказал, только подошел к Грете и поцеловал ее в лоб. — Mia cara. Мир сгорит ради тебя. Мы сожжем его дотла.

Римо выпрямился и пристально посмотрел на меня. — Где? Мы найдем ее в любом случае. Только от тебя зависит, убьем ли мы каждого солдата, стоящего на нашем пути, и всю ее чертову семью.

Крессида была моей женой. Если Фальконе убьют жену будущего капо, наши солдаты потребуют мести, и мир станет далекой мечтой.