Одиссей покидает Итаку. Книги 1-13

Воронцов выдернул руку из кармана, выбросил ее вперед, и капитан тоже сделал резкое движение навстречу блеснувшему металлу. И не успел.

Гулко, словно кувалдой по стальному листу, ударил выстрел. Левашов даже не понял, что произошло, и капитан еще не начал падать, а Воронцов крутнулся на каблуке и из-под руки два раза выстрелил в сержанта. Тот согнулся, прижав руки к груди. Третий выстрел сбил с него фуражку, и она покатилась по красным плиткам пола.

Острый пороховой запах повис в неподвижном воздухе.

Левашов, оцепенев, смотрел на лежащие у его ног тела в серых кителях. Воронцов схватил его за руку и сильно рванул.

– Ты что, мать… – рявкнул он и поволок его за собой.

Они скатились вниз по уже выключенному короткому эскалатору, слыша нарастающий гул подходящего последнего поезда.

Пустые вагоны ярко светились изнутри, и до них было совсем недалеко – через зал и перрон, – но уже раздался ласковый женский голос: «Осторожно, двери закрываются», и тогда Левашов рванулся вперед, как спринтер на Олимпиаде за ускользающей победой, вцепился в обрезиненные створки, удержал, пока вслед за ним не протиснулся в сжимающуюся щель Воронцов.

…В отдалении дремал на диване подгулявший полуинтеллигент в сползшей на очки капроновой шляпе. Левашов опасливо на него оглянулся и показал глазами на руку Воронцова, в которой тот по-прежнему сжимал пистолет непривычных очертаний. Говорить он пока не мог, переводя дыхание.

Дмитрий дернул щекой и сунул «Беретту» в брючный карман. Склонил голову, словно прислушался к своим ощущениям, и переложил его на старое место, во внутренний карман пиджака. И до следующей станции они промолчали. Так же молча поднялись наверх, не глядя на дежурного милиционера и друг на друга, вышли на улицу. И только в тупике между старыми трехэтажными домами Воронцов остановился, стал закуривать.

– Зачем? Что ты наделал? – голос Левашова срывался.

Воронцов осмотрелся по сторонам, еще раз затянулся поглубже.

– Не врубаешься, что ли? Это опять они… Только как они нас перехватили?

Дмитрий был уверен, что система защиты, предложенная Антоном, сработает. И вот… Неужели он со страху стрелял в настоящих людей? Нет, не может быть. Милиции к ним цепляться просто не за что, да и работают там иначе. И выглядели «сотрудники» слишком плакатно-уставно: сапоги надраенные, аж с синими искрами, ремни необмятые, в лицах непреклонность…

– У тебя с собой, случаем, ничего из ихних железок не осталось? – спросил он.

– Нет… – машинально ответил Олег. И вдруг хлопнул себя по боку. – …Вот же!… – Он достал из кармана и показал Воронцову тускло блеснувший золотой портсигар.

– Что это? – Воронцов взял его, подкинул на ладони, попробовал открыть.

– Не нужно… Это Иринин. Такая штука, вроде как многоцелевой манипулятор.