Одиссей покидает Итаку. Книги 1-13

Не нам с тобой чета, – кивнул Левашов. – И, как и наш друг Андрей, Воронцов страдает несколько преувеличенными понятиями о чести и достоинстве личности, что начальством не поощряется. За это и претерпел. Ему еще повезло, что сумел уволиться из ВМФ. А то бы до смерти командовал буксиром где-нибудь поближе к линии перемены дат.

– Рыцарь без страха и упрека, – съязвила Ирина. – Не слишком ли их много в нашей компании на душу населения? Впрочем, ты его, кажется, обожаешь?…

– По крайней мере – рад, что он считает меня своим другом…

– Ну-ну, – сказала Ирина, глядя вдаль между Левашовым и Новиковым.

Олег отчетливо почувствовал себя лишним и, неловко пожав плечами, шагнул к лестнице. Его не остановили.

…Часа через полтора Ирина в сопровождении Берестина и на всякий случай Шульгина поехала к себе домой за вещами, а Воронцов с Левашовым отправились за билетами.

Когда все вновь собрались у берестинского камина, заменившего тот символический очаг, от которого отправляются в путь и к которому непременно положено возвращаться из странствий и походов, Новиков взял гитару и постарался рассеять овладевший душами минор, исполнив несколько старинных, никому не знакомых романсов.

Потом Андрей посмотрел на часы, и все сразу вновь погрустнели. Заканчивался еще один порядочный кусок жизни.

– Вот у древних китайцев было проклятье: «Чтоб тебе жить во времена перемен», – сказал Шульгин в пространство.

– Мудро, – согласился с ним Воронцов. Остальные промолчали.

– Доверенность на машину мы не оформили, – вдруг вспомнила Ирина, – а она бы вам пригодилась…

– Ничего. Надо будет – мы и так… – Новиков думал сейчас совсем о другом.

Уже на улице Шульгин неожиданно сказал:

– Извините, ребята, на вокзал я вас не смогу проводить. Деловое свидание. Да и все равно в машине шестерым не положено. Так что счастливого пути. Будет трудно – пишите… – он пожал руку Берестину, поклонился Ирине и не спеша пошел в сторону перекрестка.

– Чего это он вдруг? – спросила Ирина.

– Мало ли что… У человека жена в отпуске. Лови момент. А он и так третий вечер подряд на наши дела тратит, – доверительно наклонился к ней Новиков, но Ирина видела, что он говорит первое, что пришло в голову, даже не стараясь быть убедительным. И не пытаясь замаскировать ложь привычной и успокоительной иронией.

…Проводница начала загонять отъезжающих в вагон. Ирина совсем расстроилась, глаза ее повлажнели. Она расцеловалась с Левашовым и Новиковым, а Воронцову протянула руку, и тот галантно коснулся губами ее запястья.

– Я буду очень скучать и ждать… – шепнула Ирина Новикову, и он незаметно сжал ее локоть.

– Я тоже… – ответил он тихо, когда Берестин шагнул в тамбур. – Я позвоню… завтра.

Берестин обернулся и протянул Ирине руку.